Несостоявшийся граф

По сути, обычно к бою был готов только капитан Кох, следующий за каретой императора на собственных санях или пролетке, да и то весьма условно, так как имел скверную привычку забывать о револьвере, хватаясь чуть что за саблю. Порядок этот был, что называется, освящен веками, и никто ничего не хотел менять, но не тут-то было.

Для начала Дмитрий потребовал, чтобы в кортеже было не менее трех одинаковых экипажей, причем, в каком именно окажется император, никто заранее знать не мог. В двух других должны были расположиться вооруженные стражники, готовые в любой момент начать действовать.

После этого попытались встать в позу офицеры гвардии, дескать, мы охраняем священную особу государя, а не подставную карету с его охранниками, но единственным последствием этого демарша было предложение недовольным выбрать себе иное место службы. После чего фронда волшебным образом прекратилась. Так что теперь, когда царь отлучался из Зимнего дворца, его безопасность можно было считать более или менее удовлетворительной.

Старания подпоручика не остались не замеченными, и, выбираясь из кареты, император с легкой улыбкой сказал ему:

– Что, брат, разворошил ты наше гнездо?

– Только начал, ваше величество, – вытянулся Будищев, – но будьте покойны, разворошу!

– Ну-ну, смотри, не перестарайся. На тебя уж жаловаться начали.

– Значит, хорошо делаю свое дело!

– На Коха вот не жаловались, – хитро прищурился Александр II. – Думаешь, он плохо служил?

– Никак нет. Жаловались, просто вашему величеству не докладывали!

– Я смотрю, у тебя на все ответ есть, – засмеялся самодержец. – Экий молодец!

– Завтра не пропади никуда. Будут объявлять о награждениях, так ты, пожалуйста, будь готов.

Договорив, царь поморщился и двинулся дальше, еле заметно прихрамывая.

– Куда же я денусь с подводной лодки? – задумчиво пробормотал ему вслед Будищев.

Несмотря на гвардейскую стать и представительный вид, император Александр никогда не отличался крепким здоровьем, а с возрастом состояние его становилось все хуже. Государя часто мучила одышка, имелись серьезные проблемы с пищеварением и множество иных болячек, о которых окружающие зачастую даже не подозревали. Добавьте к этому постоянный нервный стресс. Угроза покушения, конфликты внутри семьи и груз государственных забот непрестанно давили на плечи престарелого монарха, заставляя все больше сгибаться под тяжестью непосильной ноши.

– Ловко вы, – отвлек Будищева от раздумий недовольный голос Кох.

– Я говорю, – ледяным тоном пояснил капитан, – что мало кому удается обернуть неудовольствие начальства себе на пользу!

– Кто на что учился, – пошутил Дмитрий, так и не уловив причину раздражения последнего.