Несносные дочери леди Элизабет

Длинная юбка была удобно разрезана по бокам для верховой езды, а рукава плотно обхватывали запястья, не мешая движениям. Подпоясалась широким кожаным ремнем, потертым, но крепким, на котором удобно разместились кинжал в простых ножнах и небольшой кошель с монетами, чье позвякивание приглушала мягкая замша.

Говард уже ждал во дворе с оседланной гнедой кобылой по кличке Вишенка. Утреннее солнце играло на надраенной до блеска упряжи, высвечивая медные пряжки, а кожаное седло поскрипывало, когда лошадь переступала с ноги на ногу, пофыркивая от нетерпения и мотая изящной головой с белой звездочкой на лбу.

– Будьте осторожны, госпожа, – напутствовал капитан, подавая мне поводья из мягкой кожи. – В городе сейчас много приезжих, не все из них честные торговцы. Особенно приглядывайтесь к тем, кто слишком услужлив.

– Не беспокойся, справлюсь, – кивнула я, легко взлетая в седло. – А вы тут присмотри за моими неугомонными. И передай им, чтобы не искали приключений.

Говард понимающе хмыкнул, машинально поглаживая рукоять меча – он, как никто другой, знал неуемную тягу моих дочерей к авантюрам. Особенно когда дело касалось изучения новых мест или поиска редких растений. Сколько раз приходилось вытаскивать их то с обрывистого склона, куда Амели забралась за редким цветком с белоснежными лепестками, то из заброшенного колодца, куда Лорен полезла исследовать странные звуки, оказавшиеся всего лишь упавшим гнездом ласточек.

– Вернусь к закату, – бросила я напоследок и тронула поводья. Вишенка тотчас резво двинулась по старой дороге, ведущей к городу, её копыта высекали искры из прибрежной гальки. Утренний бриз донес соленый запах моря, смешанный с ароматом диких трав, а над головой с пронзительными криками кружили чайки, приветствуя новый день.

Солнце поднималось все выше, окрашивая побережье в золотистые тона. Вдоль дороги тянулись заросли вереска, чьи лиловые цветы покачивались на ветру, словно крошечные колокольчики. Изредка между камней пробивались упрямые стебли морской полыни, источающие горьковатый аромат.

По пути встречались крестьяне, спешащие на городской рынок с корзинами овощей и фруктов. Они почтительно кланялись, разглядывая незнакомую всадницу с плохо скрываемым любопытством. Женщины в традиционных солтеррийских передниках с вышитыми волнами перешептывались, провожая меня взглядами. Видимо, весть о новой владелице поместья баронессы уже разлетелась по округе.

Невольно залюбовавшись красотой здешних мест, я поймала себя на мысли, что впервые за долгое время чувствую себя по-настоящему свободной.