Несносные дочери леди Элизабет

Их действия были слишком методичными, слишком целенаправленными для обычных разбойников. Они атаковали Хэмонда и других мужчин с особой жестокостью, явно намереваясь убить их. При этом я заметила, что никто из нападавших не целился в нас с дочерьми – они скорее стремились оттеснить нас, отделить от защитников.

– Они хотят взять нас живыми! – крикнула я Лорен, когда один из разбойников резко отбил её кинжал, но не нанёс удара, который легко мог бы её ранить.

– Значит, за этим стоит Хейли, – процедила сквозь зубы моя старшая дочь, отчаянно пытаясь прорваться к Говарду, которого теснили сразу трое нападавших.

– Проклятье! – выкрикнула Амели, быстро достав из кармана маленький пузырёк и, сорвав пробку, плеснула его содержимым в лицо ближайшему противнику. Тот взвыл от боли, хватаясь за глаза, и отшатнулся, давая нам секундную передышку.

Бой тем временем продолжался, и наше положение становилось всё более отчаянным. Один из стражников уже упал, сражённый ударом в бок, второй тяжело дышал, прижимая руку к окровавленному бедру. Говард, несмотря на множество мелких ран, всё ещё держался, но его движения замедлились. Только Хэмонд, казалось, сражался с неослабевающей силой, словно сам дух войны вселился в него.

– Элизабет, уводите дочерей! – крикнул он, оттесняя особенно настойчивого противника. – Мы задержим их!

– Нет! – возразила я, понимая, что у них почти нет шансов, я метким броском кинжала, опрокинула одного из напавших в кусты. – Мы не бросим вас!

В этот момент предводитель разбойников, до этого державшийся в стороне от схватки, вдруг поднял руку с зажатым в ней странным предметом и оскалившись бросил его в центр сражения.

– Проклятье, – выругалась я, и в тот же миг пространство вокруг заполнил густой серый дым.

– Не вдыхать! – успела крикнуть Амели, прежде чем я почувствовала странный сладковатый запах.

Последним, что я увидела, был Хэмонд, отчаянно пытающийся прорваться ко мне сквозь клубы дыма и плотное кольцо противников. На его лице застыло выражение такого отчаяния и гнева, что моё сердце сжалось от боли.

А потом всё погрузилось во тьму…

Глава 37

Сознание возвращалось медленно, словно выныривая из вязкой тьмы. Туман в голове еще не рассеялся, но вернулся слух, и сквозь гулкий шум до меня доносились раздражённые голоса.

– Если бы вы не путались под ногами, главарю не удалось бы уйти!

– Если бы не наше появление, вы бы вообще не справились!

Я попыталась открыть глаза, но веки казались неподъёмно тяжёлыми. Только с третьей попытки мне всё же удалось это сделать, и я с удивлением обнаружила, что лежу в своей спальне. Сквозь приоткрытое окно в комнату проникал свежий ветерок, колыхавший лёгкие белоснежные занавески.