Несносные дочери леди Элизабет

– А если серьёзно, – продолжил Керран, когда Дори убрала тарелки из-под супа и начала подавать основное блюдо – запечённое мясо с овощами, – я действительно торговец. Наша семья владеет несколькими мануфактурами в Морхейвене, и я приехал, чтобы изучить местный рынок. Когда я услышал о породистых козах в вашем поместье… это не было полной ложью.

– Значит, торговля всё-таки интересовала вас, – задумчиво произнёс Хэмонд, отрезая кусочек мяса. – Что ж, возможно, мы могли бы обсудить потенциальное сотрудничество… после более официального знакомства.

– Был бы признателен, – искренне ответил Керран. – Особенно сейчас, когда рынок сольтеррийской шерсти начинает привлекать внимание даже в столичных кругах.

– Неужели? – живо поинтересовалась я, мгновенно уловив возможную ценность этой информации. Если наш новый краситель сможет быть представлен на столичном рынке… – Что именно ценится сейчас в столице?

– Яркие, насыщенные цвета, лейна Элизабет, – оживлённо откликнулся Керран, и я заметила, как его глаза заблестели настоящим коммерческим интересом. – Особенно синий. После того как лавенийские красильни подняли цены вдвое, многие торговцы ищут альтернативы.

– Интересное совпадение, – протянула Лорен, внимательно изучая выражение лица Керрана. – Вы говорите о потребности в синем красителе именно сейчас, когда мы…

– Лорен, – мягко остановила я дочь, считая, что пока рано раскрывать все карты перед незнакомцем, пусть даже и другом Рейнара. – Я думаю, лейр Керран устал с дороги и после… происшествия. Деловые вопросы лучше обсудить завтра, на свежую голову.

– Разумно, – согласился Хэмонд, и в его глазах я прочла одобрение моей осторожности."

"– Кстати о дороге, – вмешался Рейнар, поворачиваясь к своему бывшему однокурснику. – Ты упомянул брата. Если Этьен действительно приедет искать тебя, может возникнуть недоразумение.

– Да, стоит предупредить охрану, – кивнул Хэмонд. – Говард, распорядись, чтобы человека по имени Этьен пропустили в поместье без препятствий.

– Слушаюсь, лейр, – отозвался Говард от двери, и его тяжёлые шаги отдалились по коридору.

Но не прошло и минуты с ухода Говарда, как дверь столовой распахнулась с такой силой, что ударилась о стену, заставив пламя свечей затрепетать. А на пороге застыл мужчина лет тридцати, чья внушительная фигура, казалось, заполнила весь дверной проём. Высокий, широкоплечий, с идеальной осанкой, он походил на воина в мгновение перед атакой – напряжённый и готовый к действию. Его тёмные, почти чёрные волосы были аккуратно зачёсаны назад, открывая высокий лоб и чётко очерченные скулы. Глаза цвета грозового неба пронзительно всматривались в собравшихся, а твёрдая линия подбородка говорила о решительности и несгибаемой воле.