Несносные дочери леди Элизабет

"

"– Повторяю, – донесся до меня его твердый голос, чеканящий каждое слово, – лейна Элизабет и ее дочери находятся под моей защитой. Она более не леди Андерсон, а лейна Вайлиш, моя законная супруга, и на нее распространяются все права и привилегии, предусмотренные Восточным Договором.

– Лейр Вайлиш, – заговорил один из посланников, чье лицо наполовину скрывал капюшон, – мы признаем ваш статус и авторитет в этих землях. Однако обвинения, выдвинутые регентским советом Лавении, чрезвычайно серьезны. Леди… – он запнулся, – лейра Вайлиш обвиняется в краже королевской собственности.

– Какой именно «собственности»? – Хэмонд скрестил руки на груди.

– Об этом нам не положено говорить, – буркнул второй посланник, поправив капюшон, защищаясь от яркого солнца.

– Никто не смеет обвинять мою жену в воровстве без предъявления конкретных доказательств, – отрезал Хэмонд.

– Леди Элизабет и ее дочери… вывезли из страны секретный документ, в котором указаны пропорции раствора, – не выдержал первый посланник, явно не желая покидать Сольтерру не выполнив приказ. – Наша задача – сопроводить семью Андерсон обратно в Лавению. Там она предстанет перед судом регентского совета.

– Никто никого не будет сопровождать, – голосом, не терпящим возражения, ответил Хэмонд, знаком подзывая к себе четырех высоких и крепких парней. – Можете сообщить вашему регенту, что лейра Вайлиш находится под моей защитой, и любые претензии к ней должны рассматриваться в соответствии с Восточным Договором.

– Регент непременно будет уведомлен, – с явным неудовольствием проговорил второй посланник. – И он отпишет вашему королю о том, что лейр Вайлиш скрывает государственную преступницу.

– Я с нетерпением буду ждать этого послания, – невозмутимо ответил Хэмонд. – А теперь, господа, полагаю, аудиенция окончена. Путь до границы неблизкий, а день обещает быть жарким.

Посланники обменялись взглядами, в которых читалось плохо скрываемое раздражение. Затем первый коротко кивнул, резко запрыгнул на коня и, не говоря ни слова, направился прочь от ворот. Остальные последовали за ним, оставляя за собой клубы пыли на дороге.

Мы стояли у ворот, пока фигуры всадников не скрылись за поворотом. Только тогда я позволила себе выдохнуть и повернуться к Хэмонду.

– О каком воровстве идет речь! – Сердито проговорила я, с трудом сдерживая прорывающиеся ругательства. – Мы покинули замок пешком, с тремя крохотными мешками. Что мы могли украсть?

– Это всего лишь предлог, говорят о каком-то документе с пропорциями раствора, – ответил мужчина, предлагая мне руку, чтобы проводить обратно к дому.

– Раствора… – недоговорила я, тотчас замерев на месте.