Неслучайная ночь

Им ведь так хорошо вместе! Она безумно его любит, ухаживает за ним, выполняет все его капризы… Разве Мануэль может ее бросить?

Но он смог. Когда заказ уплыл от него, Мануэль перестал общаться с Дианой. Не звонил и не брал трубку, когда она хотела с ним связаться. Если девушка приходила к нему домой, не открывал ей дверь. А однажды, когда она перехватила его возле дверей любимого им ресторана, посмотрел на нее так, будто впервые видит. И после через общих знакомых передал Диане, чтобы та его больше не преследовала, все равно дело бесполезное – они больше никогда не будут вместе.

Диана очень сильно переживала разрыв. Мануэль был ее первой любовью, и забыть его у нее не получалось. Спасала работа. Диану в последнее время часто приглашали на показы (она уже приобрела известность как манекенщица), не за горами была Миланская неделя моды, и девушку ангажировали сразу несколько именитых дизайнеров.

Но оказалось, зря Диана туда собиралась. За неделю до Миланского праздника моды в Нью-Йорке одна из манекенщиц умерла во время показа. Просто упала на подиуме и скончалась. Как оказалось, от истощения. Журналисты в тот же день подняли волну протеста против анорексии и стали призывать дизайнеров пропагандировать здоровую красоту. Те в угоду общественному мнению решили вывести на подиум толстушек и просто худых (а не болезненно худых) моделей. Таким же манекенщицам, какой стала Диана, в работе было отказано.

Жить стало не на что. Общежитие ведь нужно оплачивать – агентство удерживало часть гонорара, а если нет заказов, чем платить? В итоге Диану выселили.

Идти было некуда, только к матери, которую Диана так до сих пор и не видела. Сразу по приезде в Италию она позвонила ей и сообщила, что можно встретиться хоть сейчас. Но Лариса совсем не обрадовалась и от встречи отказалась. Сказала, что завтра со всей семьей уезжает отдыхать, а сегодня надо вещи собирать. И предложила встретиться попозже. Но попозже тоже не вышло. У мамы постоянно находились неотложные дела! Да и Диане как-то не до нее стало из-за Мануэля и работы. Но сейчас у нее не было ни того, ни другого, зато требовалась помощь, и Диана отправилась к матери домой (адрес у нее имелся).

Ей открыла полная женщина. Чернокудрая, с густыми усами. Эдакая карикатурная итальянская матрона. Диана поздоровалась с ней и попросила позвать сеньору Джордини. Толстуха удивленно вскинула густые брови и спросила, зачем ей та понадобилась. В это время из-за спины итальянки вынырнул симпатичный мальчишка и что-то затараторил, обращаясь к женщине «мама». И тут Диана поняла, что перед ней ее родительница.

– Мама? – удивленно протянула она. – Это ты?

Узнать в расплывшейся неухоженной бабе красотку, которая была запечатлена на фотографиях, имеющихся у Дианы, не смог бы никто.