Неслучайная ночь

Ульяна помнила, как мать презрительно поглядывала на соседку, приведшую в дом парня, годящегося ей в сыновья. Той было тридцать восемь, а ему двадцать один. Несмотря на такую разницу, пара хорошо жила, но спустя два года распалась. Мама заметила, что ничего другого и не ожидала, потому что ПРОТИВОЕСТЕСТВЕННО иметь любовную связь с человеком другого поколения. Ульяна на всю жизнь ее слова запомнила. И когда встречалась со студентом (который был младше ее всего лишь на шесть лет), не могла отделаться от чувства стыда. Как будто и вправду совершала что-то противоестественное…

Ульяна поморщилась, вспомнив то ощущение. Дальше они ехали молча. Слушали музыку, рассматривали пейзажи за окном.

– Не хочешь подремать? – спросил Егор, заметив, как Ульяна прикрыла рот ладонью, сдерживая зевоту. – Дорога дальняя…

Мичурина кивнула. Спать и вправду хотелось. Она прикрыла глаза и сразу же задремала.

Баринов убавил громкость, чтобы музыка не мешала ей спать. Так, под мерное сопение Ульяны, и проехал большую часть пути. Когда до города оставалось километров пятьдесят, спутница проснулась.

– Где мы? – хриплым от сна голосом спросила Ульяна. – Не узнаю местность…

– Осталось недолго, – ответил Егор. – А не узнаешь, потому что я свернул с трассы. Деревнями лучше ехать. Спокойно, безопасно.

– Сзади есть минералка. Возьми.

Ульяна просунула руку между сиденьями, нащупала в кармашке водительского кресла литровую емкость, вытащила ее за горлышко. Минералка немного нагрелась, но все равно пить ее было приятно. Утолив жажду, Ульяна молча протянула бутылку Егору, предлагая хлебнуть. Тот отрицательно мотнул головой. Ульяна убрала воду на место и стала приводить себя в порядок. Во время сна она ерзала затылком по подголовнику, и волосы ее растрепались. Ульяна засунула выбившиеся пряди обратно в косу, а те, что были слишком короткими, убрала за ухо. Оставалось только немного припудрить лицо, чтоб не лоснилось, и помазать обветренные губы бальзамом.

– Ты всегда заплетаешь волосы в косу? – поинтересовался Баринов, оторвав взгляд от дороги и переместив его на спутницу.

– Практически да, – ответила Ульяна.

– Почему не распускаешь?

– Как тебе не идет. Распусти волосы.

– Не вредничай, – улыбнулся Егор. Потом неожиданно для Ульяны протянул руку, схватил резинку на кончике ее косы и сдернул.

– Ну что за детский сад! – возмутилась Ульяна и потянулась за резинкой.

Но Егор выкинул ту в окно.

– Да как ты… – Мичурина от растерянности даже дар речи потеряла. – Как тебе… не стыдно!

– Я бессовестный. А теперь распускай.

Она и не подумала послушаться.