Неслучайная няня для миллионера

Я отдаю ей куриную грудку, и бедное животное начинает есть так жадно, словно голодала неделю. Разделяю варёное филе на мелкие кусочки, оставляю на полу и бегу обратно в дом.

Лиза уже вовсю плачет. Потому что проснулась, и ей, скорее всего, жарко. Рядом с коляской стоит возмущённая Маша.

Конечно, как же без неё.

– Амина Юрьевна, где Вы были? – громко вопрошает девушка, доставая Лизу из коляски и расстёгивая комбинезон.

Откуда только голос у неё появился? Вроде до этого только шептала и вела себя, словно тень.

– Я дверь распахнутую оставила, – сочиняю на ходу. – Бегала закрывать.

С дружелюбной улыбкой приближаюсь к Маше и протягиваю руки к Лизе.

– Дайте мне. Нам нужно переодеться.

Маша внезапно прижимает её к себе и делает шаг назад.

– Вам завтрак оставили. Можете поесть, а я присмотрю за ней.

Меня накрывает упрямство. Или ревность. Словно Лиза – моя. А тут какая-то девочка со странностями хочет её отнять. Я наступаю на Машу и говорю с нажимом:

– Отдай мне Лизу, я поем вместе с ней.

Возможно, веду себя глупо, но совсем этого не чувствую.

– Амина Юрьевна, поешьте спокойно, – с притворной любезностью настаивает Маша, сделав ещё один шаг назад.

Лиза уже плачет по-настоящему. Напугана? Или хочет есть?

– Маш, я уже всё сказала. Отдай мне ребенка и иди выполнять свои прямые обязанности, поняла?

– Да, поняла, – отвечает она обиженно и быстро отдаёт мне Лизу. Торопливо удаляясь из гостиной, бурчит себе под нос: – Простите.

И всё бы ничего, но свидетелем нашей странной стычки становится Галина Викторовна.

Не знаю, как давно она стояла за моей спиной и что услышала, но её лицо выражает обеспокоенность. Тонкие губы сжаты в жёсткую линию, взгляд опущен вниз.

Мне надо как-то объясниться, ведь я не хотела грубить Маше. Однако домработница не даёт мне высказаться и тоже уходит прочь.

Можно ли считать, что вина за всё произошедшее лежит на кошке? Да, вполне! Вот только виновата я. Ведь это я её приютила. Чуть позже мне нужно как-то незаметно отнести её на улицу. Пока не вернулся Тимур Алексеевич и не напомнил мне про договор.

Хотя я тоже могу ему напомнить кое о чём!..

Сняв с Лизы комбинезончик, прохожу с ней на кухню. Здесь стоит стульчик для кормления. Спинка на нём максимально откинута назад, и я пристраиваю ребёнка полулёжа.

Лиза начинает активно смотреть по сторонам и, кажется, плакать совсем не собирается. После того, как я забрала её у Маши, настроение девочки значительно улучшилось.

– Так, давай посмотрим, что у нас тут есть... – обращаюсь к крошке, распахивая холодильник. – Это нам не подходит, это тоже... – просматриваю всевозможные кастрюльки и контейнеры.

– Гу, – «говорит» Лиза.

Я смотрю на неё, и она тут же расплывается в улыбке, демонстрируя ещё пока беззубый рот.