Это несерьёзно

— Серьезно? Все, что думаю?

— А что ты теряешь? Максимум, это будет наш первый и последний обед.

— Окей. Ты, Демьян Андреевич, почему-то считаешь, что недостаточно успешен.

— Хотя у тебя своя компания с таким сложным и длинным названием, что его стали сокращать. Впрочем, это проблема многих мужчин твоего возраста, так что не могу сказать, что ты в этом уникален. Аппетит вырос, а карьера не поспевает. Тебе этого всего явно мало, и потому ты по большей части погружен в себя. Ты определенно очень хорош собой, даже слишком, и на одной генетике тут не уехать, хотя с ней тебе тоже повезло. Значит, много времени проводишь в спортзале. Много работаешь, много тренируешься, вероятно, придерживаешься какого-никакого режима, при всем этом у тебя красивая девушка и постоянные отношения. Я бы еще впихнула в твой плотный график прокрастинацию, хотя допускаю, что ты можешь ей и не страдать. Значит, у тебя либо есть маховик времени, либо нет… друзей. Не поэтому ли ты настаивал на встрече и использовал волшебные слова?

— Нет друзей в Москве, — поправляет он.

— В остальном угадала?

Демьян пожимает плечами:

— Вполне. Так вышло, что друзья по всему свету, и меня тошнит уже от онлайн-общения, хочется вживую. Кофе с кем-то попить. Никому не говори, но я никогда не был интровертом. — Понижает голос и добавляет: — Одиночество сдирает с меня кожу.

Эти слова так ярко отзываются внутри, что под действием момента я протягиваю ему руку и горячо заверяю:

— Помню. И всегда готова поддержать твой порыв.

Баженов охотно отвечает на рукопожатие. У него теплые, крепкие пальцы, и когда они сжимают мои, я отчего-то вспоминаю, как он шпилил свою подружку, и поспешно забираю ладонь.

— Буду обращаться, — выдает он с деланой благодарностью.

— Только при одном условии, Демьян. Вернее, при двух, — тараторю, прогоняя вьетнамские флешбэки.

— Во-первых, счет делим пополам. Или хотя бы по очереди платим.

— Слышала? — Демьян поднимает вверх палец, как бы требуя тишины. — Это мое эго сейчас взвыло, до сих пор воздух звенит. Такого не было, даже когда я зарабатывал, подстригая соседские газоны.

— Твое эго еще не слышало второй пункт.

— Если за меня будет платить Óсина, отец от меня окончательно откажется. Ты этого добиваешься?

— Росс, — поправляю я фамилию.

— Точно. Ты теперь Росс.

Баженов упирается локтями в стол и смотрит в глаза, специально гипнотизируя, но со мной это не работает, я в его глаза всю свою жизнь смотрела. Смело выдерживаю атаку и включаюсь сама:

— Ты больше не носишь цветные линзы?

У Демьяна неважное зрение, и раньше, в школе, ему часто покупали именно цветные линзы. С карими радужками Баженов уже тогда ловил комплименты девушек. С голубыми — завораживал. К последним я так и не смогла привыкнуть, они меня пугали.