Это несерьёзно

А у меня тахикардия! Господи! Как он узнал? Я упоминала, что впервые буду присутствовать на презентации книжки, в разработке которой принимала участие, но то было месяц назад и без определенной даты. Да и это… детская книжка. У него нет детей. Он должен быть в Эмиратах на съезде айтишников.

Оставшиеся пять минут смотрю только на него, а когда объявляют время автографов и читатели устремляются к Николаевой, я бросаюсь против течения.

Протискиваюсь сквозь толпу, добираюсь до Демьяна. В самую последнюю секунду он раскрывает объятия, и я обвиваю его шею руками. Сжимаю сильно-сильно, жадно вдыхаю запах.

Боже, я его люблю. Как я его люблю.

Зажмуриваюсь, чувствуя, как он обнимает в ответ.

Спустя секунду отстраняюсь и быстро произношу:

— Привет. Ты что тут делаешь?

— Привет. Книжку купил, пришел подписать. — Демьян показывает томик. — Можно?

— О! Спасибо огромное! Ничего себе… Приятно. Давай я проведу тебя к Николаевой по блату, вне очереди…

Хватаю его за руку, тяну, но он не двигается. Быстро качает головой.

— Вообще-то я хочу, чтобы ты подписала. На автора мне плевать, я ее читать не собираюсь.

— Только картинки смотреть? — Приподнимаю брови. — Баженов, это не комикс!

Он тоже улыбается:

— Да, я больше по картинкам.

Облегчение колоссальное. Он не злится. Пришел и не злится! Снова прижимаюсь к его груди, он обнимает меня.

— Я скучала, — выпаливаю максимально честно.

— И я скучал. Да ты, блядь, звезда! — Демьян разводит руками.

— Я — да, — отвечаю, радуясь, что он увидел меня такой: успешной, яркой, несломленной. — Но для тебя время найду.

— Тогда поговорим?

Глава 26

Демьян — другой. У меня от него, если начистоту, поджилки трясутся.

Можно ли измениться за месяц? При определенных обстоятельствах можно и за минуту, как случилось со мной. Но в его случае дело в другом, наверное: сейчас рядом со мной Демьян сборки текущего года, а не десятилетней давности, как было ранее. Мы ведем себя как взрослые версии себя. То есть естественно.

Вдвоем в его машине. Он включает негромко музыку. И слава богу, иначе бы пришлось слушать шум сердца и мои вздохи. На заднем сиденье красивущий букет и книжка с картинками, которую я подписала словами: «Лучшему другу». Это все мелочи, конечно. Крайне волнительные мелочи.

Демьян ведет автомобиль в направлении крошечного уютного ресторана, который я предложила. Мы обсуждаем презентацию, количество людей, продажи. Он бегло рассказывает, что прилетел рано утром, потому что много работы и некогда у стендов фоткаться.

Его мрачность усиливается, исходящая энергетика на плечи давит. Я поглядываю на профиль Баженова и понимаю, что волнуюсь за него.

Когда машина останавливается на парковке, берусь за ручку двери, но Демьян останавливает:

— Давай сначала поговорим здесь.