Это несерьёзно

Он замолкает, и я тоже.

Мы зашли слишком далеко, чтобы дать друг другу разрядку и вести себя как ни в чем не бывало. Обнимаю его, дышу им и думаю. Рискнула бы я действительно стать девушкой Баженова? Попробовать свободные отношения, попробовать быть с ним. Стать одной из его подруг, прикоснуться к его миру. Стать еще ближе.

Я никогда не размышляла всерьез на эту тему, и сейчас, когда его стояк прижат ко мне, когда Дёма вспотел и обнимает, когда я заворачиваю нас обоих в одеяло своей безграничной любви к нему, внутри смятение. Скорее всего, ничего не получится и будет боль. Боль, которую невозможно вынести, потому что уровень нашей близости и правда зашкаливающий. Небезопасно так открываться человеку, так поступать с собой. Развод с Марком меня чуть было не размазал, а что будет, если не выйдет с Демьяном?

Сейчас, пока между нами есть недосказанность, пока я недоступна ему, я будто защищена от своего рыцаря им же самим.

Через некоторое время мы начинаем дремать. Я часто просыпаюсь, чтобы убедиться, что Демьян по-прежнему рядом, и обнять покрепче или погладить. Ощущаю, как ни странно, счастье. Наверное, какое-то извращенное. Счастье любить недосягаемого мужчину и быть с ним хотя бы таким образом.

Утром он просыпается раньше. Слышу, как собирается, ходит, и делаю вид, что сплю. Я прекрасно понимаю, что мы справились, не поддались искушению. Наваждение кинк-вечеринки спало, мы сможем обсуждать эту ночь в дальнейшем, смеяться над ней. Как обоих плющило, как страдали по телам друг друга. Вот умора!

Через час отрываюсь от подушки и плетусь в душ. Тщательно отмываюсь от Баженова. Магия закончилась, начались трудовые будни. Я вновь разведенная художница, он — закрытый мрачный айтишник. И мы по-прежнему друзья. Самые близкие, у которых нет секретов друг от друга.

Снимаю постельное белье и кидаю в стирку. Застилаю новое, тщательно проветриваю комнату, избавляясь от следов смятения и жажды. Варю кофе.

Пора заглянуть в почтовый ящик и заняться делами. Возможно, завтра я напишу Демьяну, спрошу, как у него дела. Сегодня еще нет, еще слишком нервничаю. Я… уязвима, а чтобы продолжать дружить с ним, нужно быть смелой. Очень смелой и сильной.

Настолько погружаюсь в свои мысли, что, когда звонят в домофон, вздрагиваю. Кто это может быть в субботу в такую рань?

На лестничной площадке… Баженов. Смотрит прямо в камеру. Как по команде бросает в пот, и вся выдержка рвется незримой паутиной. Я смотрю на его губы, на подбородок, на родинку на щеке и дрожу.

Любовь бывает невыносима в своей алчности. Вмиг ощущаю запахи, тепло его тела, вибрацию голоса. И свою тоску по нестерпимо желанному, прижатому к моему животу стояку. Все это — разом.

Начинаю метаться.

Демьян, наверное, забыл что-то.