Несчастье

Ольга Сергеевна уделяет нам около получаса, а потом мы снова остаемся с Аленой вдвоем.

– Зачем тебе хоккей, красавица? Обычно дети в четыре приходят заниматься, а не в восемнадцать.

Ну, как тебе сказать, зачем… Затем, что я, кажется, снова дурочка, которая запуталась в своей жизни.

– Мне просто очень нравится кататься, – говорю Алене, не решаясь рассказывать ей истинную причину, потому что, я уверена, она не оценит. Совсем не оценит…

– Боже, Леночка, ты как дожила-то вообще до своих лет? – спрашивает Аленка, когда я рассказываю очередную историю. У нас во двор школы нужно было спускаться по ступенькам, целых два пролета! Ну я и зацепилась однажды каблуком и кубарем все эти два пролета прокатилась. Не знаю, как не свернула себе шею и не заработала парочку переломов… Отделалась легким испугом, истерическим смехом и ссадиной на руке и ноге. А, ну и сломанным каблуком новых туфель…

– Как-то дожила, – хихикаю, допивая третью кружку. За полтора часа мы с Аленкой съели кучу шоколада и напились чая, но это было так здорово… Как разговор с подругой по душам. У меня одна подруга – Полинка, но она уехала далеко, мы не видимся, хоть и переписываемся часто. Но… вживую – это ведь другое совсем. Больше друзей у меня нет, ведь все считают меня странной, но я привыкла и особо не тянусь ни к кому.

А тут компания такая хорошая, и вообще так приятно было поболтать по душам… У меня даже настроение поднялось, кажется, появились силы бороться дальше!

Только вот делать-то что с ближайшей игрой? Не знаю. Все как один говорят, что нужно восстановиться и пропустить, но я тогда расположение Влада вообще никогда не получу. Он и так внезапно стал ко мне холоден, как айсберг в океане, блин. А я, как «Титаник», разбиваюсь об его лед и иду ко дну.

Правда, не знаю пока, буду очень долго думать и сомневаться в правильности всех решений. Но сейчас надо отвлечься, дождаться Сашу и пойти домой. А там уже и решать что-то. Поговорю еще с мамой и Полинкой, хотя и понимаю, что ничего нового от них я не услышу…

– Лечись, пожалуйста, Леночка, и побереги себя. Мне здоровых мужиков жалко, когда они травмируются, а тем более маленькую хрупкую тебя. Пожалей мои нервы, их и так уже нет!

– Где ты нервы свои потеряла?

– Я работаю медиком, у людей с моей профессией нервы отсутствуют еще с первого курса.

– Тук-тук, – говорит Саша, когда уже открывает дверь и только потом стучит по ней. Видимо, для вида, не знаю, но выглядит это немного комично.

Он так резко входит, что я вздрагиваю от неожиданности и проливаю на себя остатки чая. Было бы удивительно, если бы ни один глоток из трех чашек не остался бы на моей кофте. Мир бы перевернулся, а так все о’кей, как и должно быть.

– Ты не сбежала! – говорит он искренне и радостно.

– Я бы не пустила ее, – отвечает Аленка.