Дело нервного сообщника

– Мы знаем, что он был у подрядчика в четыре, что в свой офис он пришел в пять и что на машине из одного места в другое можно доехать примерно за двадцать пять минут. Остается полчаса. Вряд ли за такое время можно много нагрешить. Но, конечно, если ставить вопрос ребром, то алиби у него нет.

– Его алиби меня не интересует, – заявил Мейсон. – Я просто хочу знать, какие свидетельства он выдвигает.

– Клайв Ректор сообщил название бара, где он пил коктейль. Парень, который был за стойкой, выглядел очень занятым. Фотография Ректора ему ничего не сказала. Ректор мог быть в этом баре, а мог и не быть.

– Хорошо, – сказал Мейсон, – остается Езекия Элкинс. Что насчет него?

– А вот этот лакомый кусочек, – радостно поведал Дрейк, – я специально оставил напоследок. Дело в том, что с мистером Элкинсом приключилось нечто весьма и весьма загадочное. Он молчит.

– Что, ни с кем не разговаривает?

– Ни с одним из моих людей. Мы использовали все известные нам трюки, но он не раскалывается. И к тому же – надо же, как совпало! – у него классический фингал под глазом.

– И где же он его получил? – полюбопытствовал Мейсон. – Наткнулся на дверной косяк во мраке ночи?

– Да нет – встретился с чьим-то кулаком при свете дня.

– Но ведь с кем-то же он говорит – хоть с кем-то?

– Вообще-то у него был шанс пообщаться.

– С кем?

– С окружным прокурором.

– Ты не знаешь, что он ему сказал?

– Конечно, не знаю. Окружной прокурор меня в эти дела не посвящает.

– А что прокурор сказал репортерам?

– Что у него есть несколько свидетелей, которые могут пролить свет на некоторые факты, и что Езекия Элкинс – один из них. Он не сказал ничего относительно показаний Элкинса, если тот вообще их давал. Он просто мило улыбнулся репортерам и на том закончил пресс-конференцию.

– Да, тут есть над чем поразмыслить, – протянул Мейсон.

– После того, как нашли вторую пулю, – сказал Дрейк, – стало ясно, что внутри дома стреляли, по крайней мере, два раза, а третья пустая гильза показывает, что был еще и третий выстрел. Куда? В кого?

– Хотел бы я знать, – ответил Мейсон.

– А твоя клиентка слышала выстрелы? – спросил Дрейк.

– С чего ты взял, что она вообще там была? – ответил вопросом на вопрос Мейсон.

– Если бы твоя клиентка проявила волю к сотрудничеству, она чертовски бы облегчила расследование.

– Каким образом?

– Она могла бы сказать точно, в какое время произошло убийство. Экспертиза при вскрытии определила это время с точностью до двадцати минут. Ну, а двадцать минут – это же вечность!

Мейсон кивнул.

– Еще твоя клиентка могла бы сказать, сколько было выстрелов и с каким интервалом они следовали друг за другом. Был ли, скажем, один выстрел, потом пауза, а затем другой. Или два выстрела подряд.