Нерушимый 7

— Почему ты меня не пригласил? — спросила девушка, наклонившись, и я ощутил, что она раскраснелась от алкоголя, а не от нагрузки.

— Да я танцор не очень. В сравнении с Жекой так просто… бык на льду.

— Ну и плевать! — она схватила меня за руку и потащила на танцпол. Точнее, на свободное пространство, выполняющее роль танцпола. — Песня смотри какая душевная.

Песня была из этой реальности, исполнителя я не знал. Притянув Рину к себе, я попытался поймать ритм.

— Бросаешь меня, уезжаешь, — вздохнула она. — Так и кажется, что Тирликас за мной наблюдает, вычисляет и вот-вот разоблачит.

— Это вряд ли. И вообще он нормальный мужик. Меня разоблачил, но никому не сдал. Да и уезжаю я ненадолго.

Девушка встала на цыпочки и в танце шепнула мне на ухо:

— Откуда ты знаешь? Может, просто у них на тебя другие планы?

Я дернул плечами.

— Может.

— А меня сразу загребут верхушку лечить, вообще жизни не останется, так что ну его на фиг.

— У тебя самый волшебный талант. Ты, представляешь, Юлю спасла! И Микроба. И вообще ты — подарок для команды, у нас же травматизм будет минимальный.

— Потому пусть все остается как есть, и никто обо мне не знает.

Она вздохнула и прильнула ко мне. Завитки волос защекотали шею, и я ощутил острое желание обнять ее крепко-крепко и сказать, что никому не позволю ее обижать. Руки сами собой скользнули по ее спине — девушка напряглась, запрокинула голову.

«Ты мне нравишься. Очень. Поцелуй меня», — вот что говорили ее глаза, чтобы это понять, читать желания было необязательно.

Мой ретивый друг сказал, что она чертовски привлекательна, и он познакомился бы с ней поближе, но песня закончилась, и Дарина отстранилась. Заиграл рок-н-рол, и девушка стала выплясывать, не жалея сил, к ней подбежал Микроб, и они стали изображать Траволту и Уму Турман, а я вернулся на место, чтобы не позориться.

Обычно «Че» работал до девяти, в этот раз мы зависали до десяти вечера, потом я собрался провожать Рину, и Микроб вызвался составить нам компанию. Я испытал сперва разочарование. Точнее рьяный боец испытал, который на что-то там рассчитывал. Но когда мы с Микробом уже шли домой, я вспомнил свое прошлое возвращение, и возрадовался, что Федор рядом."

"— Даринка классная, — мечтательно проговорил он. — Раньше она как-то мне не очень. Девушка с во-отакими «дельтами» и бицухами несколько пугает. А сейчас в ней что-то изменилось. Появился… свет какой-то.

Он чует ее дар, что ли? Или просто алкоголь и танец сделали свое дело?

— Я бы за ней поухаживал, — вздохнул Микроб, — она и роста невысокого, мне подходит, и честная.

— Так вперед! — с долей сомнения благословил его я.

Он остановился и посмотрел, как на идиота.

— Ты совсем дурак? Она по тебе сохнет! У нее прямо на лбу вот такими буквами написано: «Я люблю Неруша».