Нерушимый 7

Главное — не нарушать! Не дать возможность разыграть мяч на линии, откуда можно запулить прямо в ворота!

— Лень, не помнишь, есть ли кто в «Шиннике», кто стандарты исполняет? — спросил я, не отрываясь от экрана.

— Хрен знает, — пожал плечами он.

— Лучше бы не было, но ведь не может не быть! Наверняка кто-то тренирует именно красивые обводящие удары.

Наши и не давали противнику ничего сделать, душили и сушили. «Автобус» во всей его красе. И не просто автобус, а желтый «Икарус» с гармошкой, из моего детства.

Что и почему происходит на поле, мне было понятно: нет надежного тыла, есть опасность сзади — значит, стой насмерть! Не надо испытывать удачу вратаря, достаточно просто не пустить к нему мяч.

Шла обычная размашистая атака ярославцев. Мяч летал с фланга на фланг, а потом резко в центр, на нападающих. Привычно уже. И наши, отступая, упирались, выкидывались, гасили скорости, отбивались как могли.

Мяч в очередной раз полетел справа налево, и удачно вырвавшийся из линии защиты Матвеич четко его перехватил…

Васенцов аж жевать бросил. Я мазнул рукой по тарелке и обнаружил, что она пуста: все съели, болея за наших.

Но Матвеич чуть промахнулся, нога встала сверху на мяч, раздался треск, который было слышно на всё поле (или так только казалось?), Матвеич заорал, упал, держась за ногу. В линии защиты образовалась дыра, и нападающий «Шинника» четко использовал момент: с линии штрафной в обвод вратаря ударил в дальний угол. Сёма не видел мяча до удара. Матвеич его закрыл корпусом, падая.

Васенцов закашлялся, покраснел. Вот только не хватало, чтоб он тут мне начал помирать, подавившись… А нет, отошел, потянулся к стакану с соком, хрипло ругаясь. Я тоже выругался, глянул на экран, где, будто издеваясь, повторяли момент — от самого зарождения и до самого исполнения.

И Сёму не обвинишь, ему просто не повезло. Вернее, не повезло всей команде.

— Ничего, еще не конец, — проговорил я, сжимая кулаки. — Отыграемся.

— Угу, — буркнул Васенцов без особой уверенности.

Футболисты «Титана» и «Шинника» обратили взгляды на судью. Повисла пауза, воцарилась предгрозовая тишина. Все замерли, суетились лишь медики, укладывающие Матвеича на носилки.

Обидно. Возможно, это его последняя игра. Ему под сорок, если травма серьезная, он может и не восстановиться.

Судья свистнул, указал рукой на центр поля. Гол засчитан.

Васенцов подпрыгнул на диване, всплеснул руками и выругался. Никогда не видел его таким заведенным и не думал, что наш второй вратарь такой нервный. Хотя скорость реакции во многом зависит от возбудимости нервной системы. Я и сам в этом теле более нервный, чем в том.

— Нарушения не было, — прокомментировал я решение судьи. — Матвеич вроде как сам упал.