Кровь нерожденных

Задрожал голубоватый люминесцентный свет, и Валя заметила, как вздрогнула лежавшая на койке женщина.

– Простите, пожалуйста, Лидия Всеволодовна. Капельницу вам надо поставить.

– Я не спала. – Лида резко села на койке. – Пожалуйста, не надо мне ничего ставить.

– Почему? – удивилась Валя.

– Мне нужно позвонить мужу. Где у вас телефон?

По коридорному телефону-автомату для больных можно было позвонить только в Лесногорск.

– Что с вами делать, пойдемте в ординаторскую. Оттуда можно позвонить в Москву по коду.

Вообще это было категорически запрещено, но Валя решила: сейчас там никого нет, а человеку надо, в конце концов, домой позвонить…

– Жора, это я!..

Валя села в сторонке, чтобы не мешать. Выходить в коридор она не хотела – если кто-то зайдет и увидит больную в ординаторской, будет скандал. А так она возьмет все на себя. Влетит, конечно, ну и ладно.

– Жора, забирай меня отсюда как можно скорей. Приезжай и забирай под расписку. Они не могут не отпустить. Возьми с собой Сергея. Что? Были вместе? И что он сказал? – Лида немного повысила голос: – Не может быть! – Потом заговорила совсем тихо, даже прикрыла ладонью трубку, но Валя слышала каждое слово: – Мне здесь страшно. У меня не было никакого выкидыша. Они мне поставили капельницу, и начались роды. Ребеночек живой был, я видела. Они его унесли. Нет, девочка. Нет, я не видела. Эта женщина сказала, которая принимала…

Дверь распахнулась, и на пороге возникла Зотова:

– Что здесь происходит?

– Простите, Амалия Петровна, больной надо было позвонить, она же из Москвы… – Валя вскочила и даже вытянулась по стойке «смирно».

– Немедленно положите трубку! – скомандовала Зотова, ни на кого не глядя.

– Все, Жора, я больше не могу разговаривать. – Валя заметила, что при появлении Зотовой Лида вдруг побледнела.

– Больше никогда так не делайте, – сказала Амалия Петровна вполне спокойно, – больным запрещается пользоваться служебным телефоном. Идите работайте. И не забудьте, о чем я вас просила.

– Это она вам сказала поставить мне капельницу? – спросила Лида, когда они вернулись в палату.

Валя кивнула.

– Очень вас прошу, не надо. Я боюсь. Я не верю ей. Она сказала, что там?

– Нет. Но я и не спрашивала. Она все-таки заведующая отделением, я должна выполнять ее распоряжения.

В палате горел яркий свет, и Валя, взглянув на банку, прикрепленную к штативу, заметила легкий белый осадок на дне. Секунду подумав, она сказала:

– Давайте сделаем так. Я сейчас поменяю банки, поставлю вам капельницу с физраствором, совершенно безвредную. А эту спрячу куда-нибудь или, если хотите, попрошу в институте, в лаборатории, проверить, что там.

– Пусть лучше проверят на Петровке. У мужа школьный товарищ – подполковник милиции.