Нерядом

И, наверное, будь я более подходящим человеком для семьи и отношений, я бы мог попытаться построить что-то с ней. Но у нее там своих проблем навалом, Палыч с вагоном дерьма ей точно будет не по силам.

Это в семнадцать все просто. Понравился – влюбился и дело с концом. В нашем возрасте так уже не бывает.

Трясу головой. Хватит думать, черт возьми, нужно погрузиться в работу!

Зеваю, обещаю себе до приезда домой не уделять внимание ничему, кроме работы, кладу щеку на макушку Мышки и тоже дремлю. Лучшее решение.

Я очень давно не была на хоккее, и поэтому мои эмоции просто льются через край. Кажется, еще немного – и из ушей потечет, так сильно из меня льется восхищение «Фениксом» на льду!

Первый период, счет пока нулевой, я стараюсь ухватить каждую секунду матча, уже немного ощущая себя частью команды. Пятерки меняются так быстро, что я не успеваю даже понять, кто на льду, а кто уже за его пределами. Вратари работают на грани возможного, делая такие сэйвы, что дух захватывает!

Часто бросаю взгляды на папу, сижу прямо за ним на трибуне. В костюме, красивый до чертиков! На месте местных дамочек я бы только на него и смотрела, честно признаться.

Красивый, строгий, а еще он очень много кричит. Не понимаю, что они там на льду могут слышать, но его, наверное, они услышат даже из космоса.

Игра идет сложно, ошибки, драка на льду, удаление… Папа ругается, нервничает.

Период заканчивается все еще с нулями на табло, и, когда команды идут перевести дух, толпу развлекает группа поддержки. Я впитываю каждое движение и смотрю за всем пристально, даже не веря в то, что вот-вот я буду точно так же танцевать между периодами и во время игры, но уже на трибунах. На выездах, кажется, поддержка той команды, что дома, танцует на одной стороне стадиона, а той, что приехала, – на другой. Надо будет уточнить этот момент…

Второй период начинается, и у меня снова потеют ладони. Я болею за своего папу! Так хочется, чтобы они победили…

Но на третьей минуте что-то случается, и у нас меняют вратаря. Выходит Горин… Папа как-то упоминал, что второй вратарь у них не очень техничный, еще до того, как узнал, что мы с ним знакомы. О Горине говорил?

Наблюдаю пристальнее, все чаще смотрю в сторону ворот. Почему-то раз за разом в голове обрывки сцены в аэропорту. Надо было так облажаться! Просто поздоровались бы – ничего не было бы плохого. Папа и виду не подал бы, что что-то случилось. Но нет… надо было так! Теперь папа включает тотальный контроль, потому что как так, у его маленькой дочери есть знакомые мальчики.

Прогоняю мысли, возвращаюсь на лед. Мы пропускаем… Крики папы слышны в соседней галактике, я уверена. Смотрю на Диму. Нервничает.