Нерядом

Но, с другой стороны, нам пока и так хорошо. А время расставит всё как надо.

Сытый, счастливый, довольный как кот, обожравшийся сметаны, составляю график на выезд команды. Без расписания никак, дисциплина прежде всего, поэтому каждый раз приходится высчитывать все поминутно, чтобы не было никаких косяков. Мышка называет меня «душнила», но, допустим, я и не против. Зато все четко и по плану.

Сама Дианка рядом на диване наносит макияж, собралась гулять. Приехала спонтанно, с друзьями решила встретиться старыми. Ира ее утащила так же резко, как Дианка вернулась. Все бросила: друзей, танцы, кошку, чтоб ее. Страдала. А теперь сидит довольная, губы раскрашивает.

– В девять дома жду, – говорю ей, не отрываясь от планшета.

– Па! – пищит тут же. – Мне восемнадцать вообще-то, если ты забыл. Я даже в том году до одиннадцати гуляла! Ну, точнее год назад, до вашего с мамой… – не договаривает, осекается. Да не трогает меня уже! Почти. Ну, немного. Чуть-чуть.

– Гуляй сколько влезет, но сегодня жду в девять, я нам с тобой в кино билеты взял, пока вечер свободный есть, – достаю их из кармана и демонстрирую ей. Надо наверстать упущенные вечера с Мышкой, пока есть возможность. Ее мало, но хватаю сколько есть.

– Папуля! – пищит, ну точно мышь, не зря придумал прозвище. – Буду в восемь пятьдесят! – обещает мне и продолжает краситься, уже сияя красивой улыбкой на лице.

Сбегает быстро, оставляя меня одного, но теперь я и правда не чувствую того жуткого одиночества, что преследовало меня целый год. Я особо не ощущал его как-то, свыкся, а теперь разницу колоссальную осознаю. Почувствовала дочь, что у папы крыша едет, приехала спасать, видимо.

Заканчиваю работать, прошу завтрашнюю утреннюю тренировку с Ольгой нашей Сергеевной местами поменять, если ей не будет трудно. Хочу погулять с дочерью, а потом утром позволить себе поспать на часик подольше. Пусть уматывает их сначала землей, а я на льду добью. Стрессанем мышцы перед выездом, на пользу пойдет.

Отвлекаюсь на звонок телефона. Горин. Этому-то что надо?

– Виктор Палыч, а можно мне завтра немного опоздать? – спрашивает он. Знает же, что нельзя, только по уважительной причине можно. Но у нас строго, не каждую, по их мнению, уважительную причину я тоже считаю таковой.

– Да меня это… на рентген записали, а он как раз за пять минут до начала тренировки, не успею добежать.

– Какой еще рентген? Ты утром целый был! Горин, твою бабушку, как ты умудряешься постоянно?

– Виктор Палыч, – зудит он, – всё пучком, честно! Но Машка сказала, что провериться надо. У меня там небольшой ушиб…

– Дрался, бестолочь?! – спрашиваю, потому что этот вечно во всех передрягах участвует. То он девушек от маньяков спасает, то бабулек через дорогу переводит и случайно об их палки спотыкается, то еще что-нибудь.