Нерядом

С кошкой… Держит на руках полосатое создание и высказывает ей все свои переживания. Она на кровати полубоком ко мне, не видит, что я тут. Отличный повод свалить от девчонки и не трогать ее никогда больше, но…

Не могу. Не получается у меня совершенно. Ноги несут только к ней, а от нее – никак.

Я захожу тихо, но кошка замечает и начинает злостно шипеть. Ну конечно, давайте все дружно расчленим меня за то, что я просто влюбился! Диана сразу поворачивается ко мне, заметив недовольство кошки, и мигом перестает плакать.

На лице куча эмоций, от злости до растерянности, и я не нахожу ничего лучше, чем улыбнуться и сказать:

– Проваливай, – звучит в ответ. Она отпускает кошку, та, слава богу, не кидается меня убивать, но мимо проходит с о-о-о-очень осуждающим взглядом. Сама Диана резкими движениями стирает слезы с глаз и складывает руки на груди, делая вид, что она сейчас не плакала. – Что ты вообще тут делаешь?

– Твой папа дал ключи, – пожимаю плечами и улыбаюсь от реакции Дианы.

– Можешь позвонить ему и спросить. Он повел Марину домой, а мне разрешил подняться. Я не стал отказываться, я не идиот.

– Идиот, еще какой, – шмыгает она носом, – не знаю, зачем впустил тебя папа, но делать тебе тут нечего. Уходи.

– Я пришел поговорить, – решаюсь и подхожу к ней. Она пятится по кровати назад, упираясь спиной в изголовье, словно я могу сделать ей что-то плохое. Дурочка… да я руки скорее себе оторву.

– Я что, внезапно заговорила по-испански? Уходи, – ворчит она. Но глаза и нос все еще красные от слез, да и истерика ее не прошла, просто она пытается все это сдерживать, хотя подбородок дрожит.

Я не слушаю ее и не знаю, сыграет это мне на руку или нет, но… так чувствую. И как будто бы надо делать как раз так, как требует сердце.

Сажусь на ее кровать рядом, лицом к лицу. Кладу руки на ее колени, которые она притянула к груди, без слов прошу глянуть в мои глаза.

Блин… я просто смотрю на нее, а у меня все органы внутри переворачиваются. Как меня так затянуло? Как так вышло вообще? Мне даже шутки идиотские шутить не хочется, все чувства только на нее направлены. Капец. Я искренне верил в то, что все наши из «Феникса» гораздо больше придумывают о любви, чем чувствуют всё это на самом деле. Сейчас понимаю – ни черта. Все реально так, как рассказывал каждый из них. Я вечно посмеивался и думал, что меня такое стороной обойдет, а в итоге… Не обошло.

Она руки мои не отбрасывает, что меня удивляет, но и в глаза не смотрит. Зареванная… Хочется очень обнять ее, но чувствую, что получу, если еще раз распущу руки.

Что делать со всем этим – ума не приложу.

– Нам надо поговорить, – отвечаю ей и вижу замешательство в ее глазах. Ага, я тоже ничего не понимаю, но делать-то все равно что-то нужно.

– О чем это? – фыркает.