Неразлучные

Когда ведущий зачитал имя Шоны, они обменялись долгим многозначительным взглядом. Шона откинула простыни, встала с постели и посмотрела на часы."

"— Памела, должно быть, как раз собирается в церковь. Надо бы зайти к ней… Узнать, не нужна ли моя помощь.

— Отличная мысль, — тихо произнес Тайлер.

39

Каждое воскресенье, в начале утренней службы, а именно в девять часов утра, Памелу и Арнольда можно было увидеть в первом ряду епископальной церкви Святого Варфоломея на Парк-авеню. Но сегодня они чуть-чуть припозднились, и поэтому им пришлось занять места в одном из задних рядов.

Что само по себе было не очень приятно.

После всех вчерашних волнений сегодня они проснулись чуть позже обыкновенного. Памела сварила Арнольду овсянку и кофе, в глубине души радуясь тому, что Шона и Тайлер еще спят. Спору нет, она очень рада, что они живут у них дома, но иногда ей все-таки хотелось побыть наедине с мужем.

А теперь у них будет ребенок. И они назовут его в честь одного из нас, думала Памела, едва слушая проповедь отца Тулли о благодати Господней. Как же ей хотелось поскорей взять малыша на руки! Но откуда тогда это непонятное ощущение беспокойства? Она же должна испытывать счастье!

Памела подняла левую руку, чтобы поправить волосы, и вдруг обнаружила, что в левом ухе нет сережки. Она быстро ощупала правое ухо. Вторая сережка была на месте. Памела очень любила эти изящные золотые серьги с бриллиантами, которые Арнольд подарил ей в прошлом году на годовщину их свадьбы. Неужели я ее потеряла? — с ужасом подумала она и нагнулась, чтобы осмотреть пол вокруг скамьи. Ей стало неловко за свои, неуместные в храме Господнем, мирские мысли, но эти серьги были очень дороги ее сердцу.

Надеюсь, что найду ее, когда мы вернемся домой, утешила себя она.

Памела откинулась на спинку скамьи. Ей вдруг вспомнился вчерашний ужин в итальянском ресторане: как они провозглашали тосты за будущего малыша. Шона выпила несколько бокалов вина. Может, это потому, что мы праздновали, подумала Памела, но в любом случае в ее положении ей не следовало столько пить.

Если она действительно в положении.

Рука Памелы почти бессознательно снова потянулась к левому уху. Сегодня утром, когда я собиралась в церковь, в спальню вошла Шона. Сейф был открыт. Арни кричал мне из холла, чтобы я поторопилась. А Шону вдруг как прорвало: она все говорила и говорила о будущем ребенке. Мне не хотелось ее прерывать, так что я изо всех сил пыталась делать вид, будто внимательно ее слушаю, хотя на самом деле ее болтовня меня очень отвлекала. Я поспешно вышла из спальни, Шона осталась. Сказать по правде, мне не терпелось от нее отделаться.

Но теперь я, хоть убей, не помню, заперла ли я сейф.

Памела почувствовала, как у нее учащенно забилось сердце, и все поплыло перед глазами.