Непристойный танец

Хотели прочитать телеграфные новости… но ничего не было, верно? Ни об успехе покушения на императора, ни о провале. Потому что ничего и не произошло в Лёвенбурге, ничто не омрачило проезд его величества… Знаете, полиция не всегда горит желанием публично распространяться об успехах…

Майор проворчал:

– Сам не пойму, отчего слушаю вашу болтовню, вместо того чтобы послать за полицией…

– Вот как! – поднял брови Бестужев. – В наших отношениях, весьма даже непростых, определенно наметился некоторый прогресс… Слушаете вы меня оттого, что вам важно знать, какая участь постигла ваших лёвенбургских друзей: и некоего белокурого молодого человека по имени Николас, и другого, из солнечной Италии, и еще кое-кого…

– Молодой человек, вы не отдаете себе отчета, сколь опасен порою шантаж…

– Ах, вот как вы трактуете мой визит… – усмехнулся Бестужев. – Ну да, конечно… Вы ошибаетесь, майор. Я не шантажист, не авантюрист, вообще не эмигрант. Я офицер русской полиции. Не могу поверить, что вам, с вашим несомненно богатым жизненным опытом, никогда не приходилось слышать об Охранном отделении…

– Предположим.

«Крепкий старикан, – великодушно отметил Бестужев. – Кремень, такого и вскрывать приятно…» А вслух сказал:

– У меня нет при себе соответствующих бумаг, но вы легко поймете, что я тот, за кого себя выдаю, – по моим к вам требованиям. Шантажист вульгарно просил бы денег…

– А вы?

– Я? Мне нужны ваши подробные письменные показания обо всем, что произошло в Лёвенбурге, господин Шарль, адвокат из Льежа…

– Вы сошли с ума.

– Сомневаюсь. А мне, поверьте, виднее… Позвольте присесть?

– Да, пожалуйста.

– Быть может, и вы присядете? – вежливо предложил Бестужев, присев к столу. – Беседа у нас будет долгая…

– Сомневаюсь, – сказал майор.

Его рука скользнула под пиджак. Бестужев с некоторой скукой смотрел, как на свет божий появляется вороненый «Бульдог», – именно такого финта он и ожидал. И не шелохнулся, укоризненно глядя на собеседника. Звонко щелкнул взведенный курок. Только тогда Бестужев, не меняя позы, спокойно поинтересовался:

– Вы уверены, что это – наилучший выход?

– Почему бы и нет? – усмехнулся майор, держа его под прицелом. – Молодой человек, вы верно подметили – у меня достаточно богатый опыт в играх… в которые вы столь неосмотрительно ввязались. Я прекрасно представляю, сколь неповоротлива бюрократическая машина полиции и секретных служб, особенно когда дела носят международный характер. Вы, вероятнее всего, бросились меня преследовать по собственной инициативе, как молодой и глупый щенок гончей. Иначе мне ни за что не удалось бы беспрепятственно покинуть Австро-Венгрию. Отсюда можно сделать вывод, что ваша контора вовсе не нацелена персонально на меня.