Непристойная сделка

Глава 8

Первый акт

— Подожди, я записываю… — ржёт в трубку Корниенко.

— Не смешно! — шиплю я, хотя мне хочется на неё накричать.

— Не скажи. Как ты там его? Воландемортович? — гнусно хихикает зараза.

— Я тебе позвонила не для того, чтобы ты надо мной глумилась! — возмущаюсь я.

— А для чего ещё нужны подруги? Не благодари!

— Ты мне лучше скажи, что мне делать, — стону я.

— Ты уже всё сделала. Даже хорошо, что ты отказалась от помощи Таньки. У тебя вышло фееричнее, хотя её догнать в плане попадоса непросто. Но ты смогла. Ты мощь!

— Маня!

— Что Маня-то? Как он хоть целуется-то? Понравилось, когда он тебя обыскивал?

— Ничего мне не понравилось! И не было никаких поцелуев! С чего ты взяла? — отпираюсь я. Зная гадкую натуру подруги, я описала ей только то, что произошло вчера, а про сегодняшнее — очень скупо.

— Первое — врёшь. Второе — врёшь. Третье — я просто умница и догадалась. Даже не знаю с чего. Наверное, с того, что Зарецкий уже полюбовался на твои трусики, пожамкал тебя за грудь и сообщил тебе, что с эрекцией у него всё отлично. И только ты думала про сделку.

С такого ракурса я на это не смотрела.

— Вопрос тот же: что делать? — соплю я, догадываясь, что в словах Мани есть некая сермяжная правда.

— Звонить Климову, — отвечает Корниенко, и я даже представляю, как она в этот момент легкомысленно пожимает плечами.

Вот зависть же. Маня такой человек, что если накосячит, то постарается сделать вид, что ничего не было. А если её ткнуть носом, то она будет ждать, пока всё само разрешится. Мне бы так.

— Спасибо, Кэп! — я закатываю глаза, будто Корниенко может это видеть. — Про Климова мне всё понятно. Я жду, когда наше солнце откроет свои глазоньки. Нужно, чтобы хотя бы десять часов стукнуло, иначе меня прикопают раньше, чем я потребую свой долг. У него же всё по расписанию: сон, утренний секс, утреннее выставление бабы, спортзал, поздний завтрак в два часа дня…

— Ты ему просто завидуешь, — догадывается Маня.

— Ещё бы, — даже не пытаюсь скрывать. — Как мне себя вести с Зарецким? Он злится. Будто я виновата в том, что он не может отказать сестре.

— Я, конечно, Зарецкого не знаю. С этим тебе лучше к Таньке. Но, сдаётся мне, товарищ бесится вовсе не из-за вашей сделки, она дебильная, но ему ущерба никакого не наносит. Вон даже тактильные бонусы привалили.

— А что тогда? — кусаю я губы.

— Он тебе чётко сказал. «Он не удовлетворён». Слово «квалификация» в его фразе можно опустить.

— Глупости, — отмахиваюсь я. — У такого мужика, сто пудов, полно возможностей удовлетвориться. Даже у нас в офисе. И напрягаться не придётся. Ты бы слышала, как гарпия предлагала ему массаж воротниковой зоны…

— Ну тогда я не знаю.