Неприкаянный 1

Сто восемь грамм шимозы, но пробоина уже побольше, и не такая аккуратная, поэтому на случай волнения пришлось крепить пластырь. Будь она в подводной части, и у нас случились бы проблемы. А попади японцы их трёхдюймовки, так нам и вовсе не поздоровилось бы. Убеждён, что минимальный противоминный калибр должен быть в семьдесят пять миллиметров. И стрелять они должны ни в коем случае не стальными или чугунными болванками.

— На вооружение приняты бронебойные снаряды с разрывными снарядами, — возразил Макаров."

"— Пятьдесят четыре грамма бездымного пороха? Не уверен, что такой заряд способен разрушить снаряд, скорее выбьет донный взрыватель.

— Допустим. И каков на ваш взгляд выход? — склонил голову на бок беспокойный адмирал.

Хм. Похоже не врали о нём историки, когда давали его психологический портрет. Он действительно готов воспринимать всё новое. А скорее и сам понимал всю пагубность существующего подхода. Поставить на флот современные пушки, и снабдить боеприпасами не способными раскрыть их потенциал. Тот кто решил сэкономить на снарядах, либо дурак, либо предатель, потому что потери в результате окажутся куда существеннее.

— Прямо сейчас, я бы переделал шрапнельные снаряды от полевых трёхдюймовых пушек и установил бы на гильзы морских орудий. Там всего-то сточить на полмиллиметра медные кольца. Стакан вполне способен выдержать усиленный заряд морских орудий. Зато на выходе мы получим фугасы с зарядом минимум в полтора фунта бездымного пороха. Ну и непосредственно шрапнель, с которой можно работать как по кораблям, так и по береговым целям. Сейчас же эти орудия для поддержки пехоты попросту непригодны.

— То есть, вы опять оседлали своего любимого конька с переделкой шрапнели, — хмыкнул адмирал.

— Сейчас ни на что иное попросту нет времени и возможности, ваше превосходительство.

— Вот, господа, видите какие настроения, мысли и чаяния бродят в головах нашей подрастающей смены. Я услышал вас, мичман. Итак, давайте наконец взглянем на ваших пленных.

Странное дело. Но Макаров ни словом не помянул то обстоятельство, что я дрался с японцами на территории Китая. Впрочем, инциденты случаются и в мирное время, в военное же это всего лишь вопрос времени. Боевой адмирал оставлял за своими подчинёнными право драться с врагом и верил им. Разгребать же возможные последствия оставлял дипломатам. В конце концов это их работа. И мне нравился подобный подход.

Правда, это не значит, что мне теперь можно почивать на лаврах. Спасение утопающих, дело рук самих утопающих. Я не боюсь оказаться под судом. Меня не интересует карьера. Что же до камеры, то я из неё выйду. Понадобится, так и вперёд ногами. В прямом смысле этого слова. Введу себя в некое подобие комы, я телом могу управлять не хуже йогов.