Неприкаянный 1

— Снегирёв курс тридцать! Жми по прямой! Всем приготовиться к абордажу! Будко, шрапнель! Первый трубка пять! Второй, трубка два! Третий трубка ноль!

— Есть шрапнель, первый трубка пять, второй трубка два и третий трубка ноль, — продублировал мой приказ комендор подступаясь к снарядным коробам.

Я вскинул бинокль впившись взглядом в стремительно приближающийся к нам миноносец. Японские моряки довольно быстро приходили в себя. У орудий вновь засуетились расчёты. Сыто клацнул затвор.

— В стволе! — доложил Будко."

"Я приник к прицелу, выждал ещё немного, и оторвавшись от оптики дёрнул шнур. Снаряд унёсся к цели, а я вновь вскинул бинокль, не мешая комендору перезаряжать пушку. Барашек шрапнели вспух достаточно низко над миноносцем, вновь накрывая его. Всё же жаль, что десантная шрапнель имеет вдвое меньше пуль, чем пехотная. Но и полсотни чугунных шариков сделали своё дело, разобравшись с новым расчётом у трёхдюймовки.

— Рулевой лево тридцать! — выкрикнул я.

Катер вновь повело, но я удержался схватившись за казённик орудия. Рявкнула бортовая пятидесятисемимиллиметровка японцев, и снаряд упал справа, разминувшись с нами на несколько метров. Будь дистанция больше и можно было бы сказать, что самурай взял нас под накрытие. Но в данной ситуации безбожно промазал. Не без нашего участия, но кто же ему злобный Буратино.

Я выдернул стопор, развернул орудие, после чего вновь зафиксировал уже в новом положении и взялся за рукояти маховиков наводки. Вновь приник к прицелу, и постоянно подправляя прицел сопровождаю миноносец. Наконец улавливаю то самое мгновение, и выпрямившись вновь стреляю.

— Право двадцать! — вновь хватаясь за казённик выкрикнул я.

И снова барашек вспух низко над целью, с незначительным недолётом. Пули прошлись по палубе, сбивая с ног матросов. Дистанция уже вполне приемлемая. Японский командир что-то заподозрил, и укрываясь за развешенными койками вращает штурвал отворачивая от нас. Похоже решил сделать ноги. Но не тут-то было.

— Ложкин огонь!

Максим затакал поливая свинцовым дождём борт, палубу, пушечные щиты, надстройки и дымовые трубы. Сомнительно, что Ивану удалось в кого-либо попасть, но перестук свинца заставил матросов попрятаться.

— Снегирёв, сближайся с ним! Будко к орудию, быть в готовности, — приказал я, уступая место комендору.

Сам же выхватил из зажима карабин, и вскинув его начал обшаривать палубу в поисках противника. Волны практически нет, два балла это ни о чём, даже в днище не бьёт, поэтому катер идёт над водой при отсутствии какой-либо качки. Ага, есть один. Я потянул спусковой крючок. Выстрел! Выглядывавший над торпедным аппаратом японец мотнул головой, и скрылся из виду.