Неприкаянные

Небольшой спуск от ветряных мельниц по вымощенной камнями дороге между белоснежными домиками – и вот, мы на пляже. Я растерянно оглядываюсь по сторонам.

– И где же их искать?

Глава 26

На пляже не очень много посетителей – начинается жара, и все спешат в номера.

– Интересно, Дине удалось здесь побывать? – останавливаясь у кромки воды, задумчиво произношу я.

– Она пропала прежде, чем это случилось… – отвечает Андрей. – Побудь у моря, Тася. Я расспрошу владельца кафе. Может, он что-то знает про недавно переехавших в этот район русских эмигрантов, отца и сына.

– Да, конечно.

Андрей поднимается по вымощенной камнем дороге между белоснежными домиками с цветными балкончиками, а я снимаю босоножки и лениво прогуливаюсь по влажному песку. Придерживая шляпку рукой, всматриваюсь в лица людей, надеясь узнать Феликса.

Мои надежды тщетны, также как и расспросы Андрея. Он возвращается ни с чем.

– А что, если нам приехать сюда вечером? – предлагаю я. – Водитель такси сказал, что вечером здесь много людей и очень красиво. Сейчас жарко, все спрятались в дома.

– Ладно. Только купим воды. Солнце действительно припекает.

Держась за руки, мы с Андреем подходим к небольшому кафе на первом этаже одного из домов. В тени прохладно и хорошо, и свободных столиков всего несколько.

– Ты еще не проголодалась? Можем заодно и пообедать, – посматривая на гостей кафе, аппетитно поглощающих греческие блюда и щедро запивающих их вином, предлагает Андрей.

– Даже не знаю. Так жарко. Мне хочется только пить.

– Тогда, может, мороженого?

– Мороженого с удовольствием, – оживляюсь я.

– Выбирай место."

"Мы садимся за освободившийся деревянный столик в тени дома у самой кромки моря, и услужливый официант подносит нам меню. Я снимаю очки и шляпу, потому что от шляпы мне только жарче, а прятаться, похоже, не от кого.

Мимо кафе торопливо идет женщина с ребенком. Длинный красный сарафан развивается от горячего ветра. На вид ей лет пятьдесят, и она, скорее, похожа на бабушку-цыганку, одну из тех, которые вымогают деньги у случайных прохожих, чем на мать.

Я бы не обратила на пожилую даму никакого внимания, если бы солнечный свет на пару с ветром не сыграл злую шутку – на миг высветившееся странное золотое тиснение на сарафане возвращает меня в тот день, когда я бежала из плена Феликса.

– Андрей. Платье… ее платье! – впиваюсь в руку любимого мужчины я.

– Платье?

Он оборачивается и тоже видит женщину с ребенком.

Не знаю, напекло ли нам головы солнце, или отчаяние достигло своего пика, но мы с Андреем почти одновременно подскакиваем из-за столика и бросаемся следом за дамой с ребенком.

– Женщина! Стойте! – кричит Андрей.

На нас оборачиваются любопытные прохожие и посетители кафе.

Дама в красном сарафане поднимает голову.