Непреднамеренное отцовство

— Жду вас в серверной.

36

— Что по-твоему произошло?

Алиса пружинно шагает рядом со мной вдоль серверных ящиков. На одном из них боковая лампа мигает то зелёным, то красным, в отличие от остальных.

— Проникновение в систему безопасности.

— Это я понял. Думаешь, изнутри?

— Не думаю, — Алиса вытаскивает из папки листок и протягивает мне. — Знаю.

Беру листок и просматриваю столбцы чисел. Время — команда, время — команда. Всё одинаково. Каждые четыре минуты обновление старта проверки программы-наблюдателя. А вот в ноль двадцать девять вместо старта проверки пробито «реверс».

— Почему система вернулась на четыре минуты назад?

— Вот и у меня вопрос, — Алиса поправляет очки. — Она должна была просигналить о вторжении, но вместо этого пошла дальше, будто ни в чём не бывало.

— То есть тут был кто-то с ключом, — киваю.

— Именно.

— А ты как узнала? Это же филигранная работа.

— Мне положено знать о таком, Ярослав Викторович, — короткая улыбка проскакивает на её лице, а мне кажется, что сейчас она достанет из-за спины чашку кофе с тем же видом и электронным голосом предложит выбрать количество сахара. Хотя нет, не предложит. Она и так знает.

— Есть подозрения?

— Есть, — кивает.

— Поэтому ты позвонила мне, а не Артёму, — как бы мне не претила мысль о причинах, она возникает.

— Было бы очень плохо, если мои предположения оправдались бы, — она снова поправляет очки, даёт мне понять, что обойти острый угол не получится. — Даже не представляю, зачем ему нужно было заходить в электронную охранную систему. Ведь у него есть ключ доступа.

— Который бы этот вход зафиксировал.

— А если он не хотел, чтобы ключ доступа зафиксировал вход…

— То делал это с умыслом. Система создана для защиты особо важных данных.

Дерьмо. Кажется, Артёмка свернул не туда. Это внезапно очень неприятно. Раньше бы я разозлился, но сейчас внутри саднит. Обратная сторона разбуженной Софией чувствительности.

— Будет очень нехорошо, если Артём Васильевич вас предаст, — делает вывод Алиса.

— Будет очень нехорошо, Алиса, если меня предашь ты, — смотрю на неё по-новому.

Я ведь почти ничего не знаю о своей секретарше. Отдел кадров подбирал, Бразинский проверял. Работала всегда хорошо. А насколько ценным сотрудником оказалась Алиса, кажется, я только сейчас начинаю понимать.

— Зачем мне это, Ярослав Юрьевич? — поднимает брови. — Как босс вы предсказуемы и последовательны. Сдержаны. Не прослеживается связь отношения к персоналу и ваших личных эмоций. Отсутствуют сексуальные домогательства и приверженность к гендерному предпочтению. И вы хорошо мне платите.

— Всегда есть тот, кто предложит больше, Алиса.

— Это будет один раз. Но ознаменует крах репутации, нарабатываемой годами.