Непреднамеренное отцовство

Даже не запланирует и не запишет в ежедневнике? Или не сообщит секретарше, чтобы внесла в планер?

Нажинский уходит, мы с Ромкой тоже собираемся и едем в детский сад. Как и вчера, я провожаю его в группу и иду в кофейню по соседству работать. В двенадцать у меня маникюр, и я как раз успеваю закончить расчеты и отправить готовый документ заказчику.

Мастер работает качественно и быстро, и уже в половину второго я выхожу из салона. Достаю телефон, чтобы вызвать такси и вдруг с ужасом обнаруживаю четыре пропущенных от воспитательницы. Почти час назад!

Воспитатели вряд ли звонят родителям посреди дня, если всё в порядке. Зачем? Уточнить какие-то данные можно и в сообщении. Но четыре пропущенных — это срочно. А я не слышала! Звук зачем-то выключила. Точнее, на ночь ставила на вибро, а утром забыла включить снова.

Руки сразу начинают дрожать. Я скорее набираю номер воспитательницы.

— Анна Фёдоровна, — торопливо тараторю я, когда она отвечает. — Это мама Ромы Жадана, вы звонили, я не слышала, извините. Что-то случилось?

— Здравствуйте, София, — отвечает, а я по голосу пытаюсь спрогнозировать, всё ли в порядке. — Роман жаловался на боль в животе, и его несколько раз вырвало.

О Господи.

— Я уже еду, скоро буду.

— Мы не дозвонились вам, поэтому набрали Ярославу Юрьевичу. Он забрал мальчика минут пятнадцать назад.

— К…куда забрал? — мой мозг, который затопила тревога за сына, тормозит.

— Домой, наверное. Это вы ему позвоните.

— Да, конечно, — смущённо отвечаю воспитателю, прощаюсь и отключаю звонок.

Нажинский забрал Рома? Уехал раньше из офиса? Ничего себе. Но ведь он не знает, что делать, я уверена. Не дай Бог ещё какое-то лекарство ему даст, которое нельзя детям.

Набираю Ярославу, кусая ноготь со свежим маникюром от нетерпения.

— Ярослав, где вы? — спрашиваю, едва он отвечает. — Как Рома?

— Не очень, — отвечает вполне спокойно. Как можно быть таким спокойным, отвечая «не очень» на вопрос о состоянии ребёнка? — Мы подъезжаем к клинике.

— Какой? Где? Я тоже сейчас приеду.

— «Мед плюс» на Баррикадной.

— Еду.

Я отключаюсь и вызываю такси. Сев в машину, напряжённо застываю, вдавив ногти в ладони.

Только бы с Ромкой ничего плохо не случилось!

27

Как назло, такси едет чрезвычайно медленно. Кажется, будто пешком будет быстрее, хочется выйти и рядом побежать. Но это, конечно же, не так. Просто я очень встревожена. До паники буквально.

Такси тормозит у клиники, я выскакиваю едва ли ещё не на ходу и бегу к ступеням, у стойки ресепшн нагло расталкиваю других посетителей и обращаюсь к администратору.

— Девушка, в течение получаса сюда привезли ребёнка, где он?

— Ждите, пожалуйста, у меня очередь, — отвечает она максимально приветливо. Частная клиника — грубить не принято, но и уважать других нужно.