Неповторимая любовь

Сабрина порывалась броситься за мужчинами, понимая, что в аресте Слоана виновата только она. Он не хотел вмешиваться в семейные ссоры Дженкинсов. Но разве у нее был выбор? Дженкинс мог забить жену до смерти.

Джин тихо всхлипывала в углу. Сабрина подошла к ней, помогла подняться и обняла.

— Джин, Джин, успокойтесь! Все будет в порядке.

— Вряд ли! Но я благодарна вам, ведь вы ничего не сказали.

Сабрина пригладила волосы Джин. Она умолчала о том, что генерал Терри наверняка понял, что произошло.

— Давайте-ка я налью вам хереса, — предложила Сабрина.

Она утешала Джин, пока на смену ей не пришла Сара Андерсон. Сабрина обрадовалась, вспомнив о решимости и здравом смысле Сары.

— А вам лучше уйти домой, — посоветовала ей Сара. Сабрина кивнула.

— Не тревожьтесь за Слоана, с ним ничего не случится.

— Это я заставила его вмешаться, — призналась Сабрина. Сара невесело усмехнулась:

— Слоан никогда не простил бы себе, если бы ничего не предпринял, а Джин пострадала. Он хороший человек, — добавила она."

"Сабрина кивнула и вышла. Уже подходя к своему дому, она поняла, что Сара права: Слоан в любом случае вступился бы за беззащитную женщину. Когда она оказалась в затруднительных обстоятельствах, он решил жениться на ней. Каким-то чудом ему всегда удавалось проявлять благородство, несмотря на собственные душевные страдания. Слоан был на редкость сильным и честным человеком.

А может, она с самого начала поняла, насколько неравнодушна к нему? Такая любовь пугала Сабрину. До сих пор она не решилась сказать Слоану правду, но сегодня поняла, что в долгу перед ним.

Вернувшись домой, Сабрина устроилась в кресле, решив дождаться, когда Слоан вернется домой, сколько бы Терри ни продержал его под арестом.

Арест стал для Слоана унизительным событием.

За долгие годы армейской службы он еще ни разу не сидел на гауптвахте. Даже во времена бурной юности, во время гражданской войны, когда нередко пьянствовал и дебоширил с товарищами-офицерами, ему всегда удавалось избежать наказания. Слоан сидел, уставившись на костяшки пальцев, которые ободрал, ударив Дженкинса. Кровь уже подсыхала.

Пальцы ныли.

Но Дженкинс пострадал гораздо сильнее.

Ах, Сабрина, Сабрина… Слоан надеялся, что теперь-то она довольна. Долгие годы он сдерживал себя, уклоняясь от ссор с Ллойдом Дженкинсом, и вот теперь…

Но Слоан не жалел о содеянном. Теперь у самого Дженкинса под глазом багровел синяк. Вероятно, судьба Джин наконец-то изменится к лучшему. Может быть, она даже отважится развестись с Ллойдом Дженкинсом.

— Майор!

Услышав голос сержанта Доусона, Слоан поднялся с армейской койки, на которой сидел, и подошел к двери. В замке лязгнул ключ, и дверь открылась.

— Майор, генерал ждет вас.

— Благодарю, сержант.