Непоседа

 — Это уже какая-то настораживающая система… может, он маньяк, Гламор? Топит своих оруженосцев?

— Да не утоп! — отмахнулся Иен. — Выплыл и оказался блондином. Он, чтобы его в оруженосцы взяли, голову самаршанской хной покрасил. Ну, Гламор обмана не простил. Привез его в училище и говорит: «Оруженосец достойный, хоть и склонный к обману. Возможно, из него выйдет толк. А мне найдите оруженосца с настоящими рыжими волосами». Бандус вначале не хотел меня отпускать, говорит, у нас единственный рыжий на все училище, но мечом пока плоховато владеет… Но Гламор с ним выпил вина и уговорил. Отпустили меня к Гламору в оруженосцы, на обучение экстерном. Гламор пообещал лично меня научить и мечом махать, и на коне скакать.

— Научил. Он хороший рыцарь, правда. Мы даже два подвига совершили. Вначале спасли крестьян от банды разбойников. А потом на турнире повергли оземь трех рыцарей в один вечер.

— Ну, это не ты, допустим, а Гламор их поверг, — заметил Трикс.

— Зато я их оруженосцам плюх навешал! — гордо сказал Иен. — Так что и моя доля славы есть, как Гламор сказал: «Каждому свое, рыцарю — ристалище и благородный меч, оруженосцу — темная подворотня и мешочек, набитый песком…»

Трикс вздохнул. Чувство юмора сэра Гламора все-таки было слишком тонким для большинства его собеседников.

— А дальше мы поехали в гарнизон на самаршанской границе, сэр Гламор хотел при гарнизоне зиму провести. Все бы хорошо, только в день приезда кто-то увидел в горах дракона. Ну, Гламор обрадовался, и мы отправились с драконом биться. Был там дракон или нет — не знаю. А вот самаршанский караван через перевал шел. Гламор каравану еще больше обрадовался! Выехал вперед и заявил, что хочет досмотреть товары и проверить, уплачены ли пошлины.

— И? — устало спросил Трикс.

— Наверное, пошлины были неуплачены, — вздохнул Иен. — Охранники на нас накинулись. Мы давай с ними сражаться. Мы бы их точно победили, сэр Гламор в бою подобен свирепой буре! Но у самаршанцев был колдун. Он на нас напустил сонное заклинание. Я увернулся, а сэра Гламора сразило. Самаршанцы его попинали немного, но убивать не рискнули. Сказали, что если рыцаря убить, то из гарнизона точно погоню вслед отправят. Так что его спящего привязали к дереву, даже меч при нем оставили, и коня. А вот меня взяли в плен. Как законный трофей… — Иен вздохнул.

— Между прочим, — ехидно сказал Трикс, — ты теперь не оруженосец Гламора и не трофей. Ты мой раб. Захочу — велю тебя побить палками.

— Я подарок самого короля за тебя отдал! — сокрушался Трикс. — Я бы, может, этот перстень всю жизнь хранил, на пальце бы носил, когда совсем вырос. А теперь…

— За такую жадность купца судьба накажет, — сказал Иен. — Такое никому впрок не идет.

— Это у нас не идет, — скептически заметил Трикс.