Недотепа. Непоседа

Но моя опочивальня на втором этаже, а внизу как раз пруд…

– Понятно, – сказал Маркель. – Что ж, герцогиня, в знак уважения к вашей доблести я отменяю для герцогства королевский налог на светильное масло, серебро и… – Маркель задумался, – и постройку зданий выше двух этажей!

– Такого налога нет, сир, – тихо заметил мажордом.

– Значит, надо ввести, – так же негромко ответил король.

– Благодарю, ваше величество! – воскликнула герцогиня.

– Что касается вас, герцог… – король улыбнулся, – тут все просто. Вы стали единовластным правителем в своих землях. Надеюсь, эта награда за верность вас порадует?

– Благодарю, ваше величество! – отчеканил Рат Солье.

– Но я очень огорчен тем фактом, что вы проглядели заговор. – Король перестал улыбаться. – Я намерен отправить в герцогство королевский гарнизон, обязанности по содержанию которого лягут на вас. И не благодарите!

– Не буду, сир… – растерянно сказал Рат Солье.

– Теперь о вас, магистр Щавель. – Король повернулся к волшебнику. – Я признателен, что вы помогли юному Солье разоблачить заговор и спасти княгиню. Волшебники – люди далекие от мирской суеты, и я не стану оскорблять вас предложением денег…

– О мой король, вы бы ничем меня не оскорбили! – воскликнул Щавель.

– Но я дарую вам титул Доверенного Королевского Волшебника, – сказал Маркель. – Полагаю, что после этого у вас не будет отбоя от клиентов.

Щавель склонил голову. Трикс тщетно пытался встретиться с ним глазами – волшебник на него даже не посмотрел.

Неужели он на что-то обиделся?

– Что касается тебя, молодой рыцарь, – король посмотрел на Иена, – я подтверждаю дарованное тебе дворянство. И выпишу именное направление в рыцарское училище, где тебя научат как следует владеть мечом, скакать на коне… ну и все остальное, что требуется. Конечно, если разрешит твой сюзерен…

Иен посмотрел на Трикса.

– Благодарю за честь, ваше величество! – сказал Иен. Непонятно было, насколько его обрадовала перспектива учиться, но отказываться он благоразумно не стал.

– Ваш маленький друг, – король посмотрел на Халанбери, – вряд ли нуждается в особой награде. Ведь верное любящее сердце – само по себе сокровище. Ага?

– Ага, – печально сказал Халанбери.

– Но я все-таки решил не оставлять его без вознаграждения. Даровать ему баронство, учитывая обстоятельства его происхождения, было бы глупо. Деньгами или землями он сам распорядиться не сможет. Но получить соответствующее воспитание ему бы следовало. К сожалению, оставить Халанбери при дворе в Дилоне, открыв всем его происхождение, – дать почву интригам. При моем дворе он затеряется в толпе благородных отпрысков всяческих мелких родов.