Неполная дура

— Черт возьми, куда же она могла деться? — проворчала Мариша, и ее рука сама собой потянулась к телефону.

Набрав знакомый номер, Мариша подождала, когда ей перезвонят.

— Алло, Надир! — произнесла она. — Привет! Как дела?

Дела у Надира шли хорошо, только работы было много.

— До сих пор тружусь, — сказал он Марише.

Девушка мельком глянула на часы. Интересно, где это Надир трудится в третьем часу ночи? Но выяснять это она не стала. С какой стати? Она же ему не жена. И вообще, сейчас Маришу больше волновал другой вопрос. Но она никак не могла придумать, с какого боку к нему подойти. Наконец она решила взять быка за рога.

— Слушай, Надирчик, — проворковала она. — Вы с Саидом нас вчера проводили до моего дома, да?

— И в квартиру входили?

— А ты что, не помнишь!? — развеселился Надир. — Хороша же ты была! А я еще удивлялся, чего это ты в театре со ступенек навернулась!

Маришу это обидело. Во-первых, мог бы и поизящней выразиться! Не навернулась, а слетела, спланировала, спикировала наконец! А во-вторых, она в тот момент была совершенно трезвой. И вообще, незачем такой ерундой себе голову забивать.

— Надир, ты в гостиной у меня был?

— Я при тебе картину со стены снимала? Пейзаж с деревушкой.

Последовало напряженные молчание.

— У тебя пропала картина? — спросил Надир.

— Ну да, понимаешь, я никак не могу ее…

— И ты подумала, что это я ее взял?

Теперь в голосе Надира не было и намека на игривость. Один лед и металл.

— Мало ли, вдруг я тебе ее сама подарила.

— Я похож на альфонса? На человека, который принимает у женщин дорогие подарки?

— Я все понял, Мариша! — произнес Надир. — Извини, я сейчас не могу с тобой говорить.

И он повесил трубку. А Мариша в немом оцепенении так и осталась стоять. С трубкой в руках.

— Ну что ты там? — раздался голос Инны из-за стены. — Иди сюда! Я салаты разложила. И все порезала!

Мариша приплелась на кухню. На столе и в самом деле стояли красиво оформленные вазочки, куда Инна переложила покупные салаты, украсив их оливками, веточками зелени и нарезанными дольками помидор. Кроме того, она порезала сыр тонкими стрелками, переложив ими красную рыбку, свернутую в изящные розочки. Тут в качестве украшения пошла кукуруза и красный болгарский перец. Еще имелась тарелка с колбаской, бужениной и бастурмой.

Настроение Мариши сделало скачок вверх. Черт с ним, с Надиром, главное, что можно будет наконец нормально пожевать.

— С Надиром небось разговаривала? — полюбопытствовала Инна. — Он сейчас приедет?

— Боюсь, что ни теперь, ни вообще когда-либо.

Инна даже жевать перестала. И теперь потерянно глядела на подругу.

— Он же вчера от тебя без ума был!

— А сегодня охладел!

— Не может быть! Признавайся, что ты ему наговорила!?

— Ничего особенного, — отбивалась Мариша.