(Не)покорная жена (СИ)

Почему меня магия не пускает в город?

– Пыталась убежать? – усмехнулся он. – Ты же присутствовала на заключении договора, дала негласное согласие о том, что ты моя невеста. Вошла в дом, всё, без мужского слова не уйдёшь, – он сверкнул глазами.

Я чуть не взвыла, обвели вокруг пальца пострадавшую от произвола девушку и счастливы. Дурной магический мир!

– Расторгни договор по обоюдному согласию, – попросила я, опираясь руками на стол и наклоняясь чуть вперёд.

Он окинул меня взглядом и произнёс:

– Не буду, моим детям нужна нянька.

– Нянька? И сколько ты этой няньке платить собираешься? Я не рабыня! – закипала от злости, ой, как мне сейчас хотелось вцепить в эти пыльные волосы. – Ты семью накормить не можешь, дети голодные! У тебя ум есть, берёшь в дом ещё один рот?!

– Замолчи! – он ударил ладонью по столу, тот жалобно хрустнул, обзаведясь глубокой трещиной. Я в испуге отпрянула, но замолкать не собиралась.

– Сегодня мне пришлось потратить свои деньги, чтобы заткнуть желудок и накормить твоих детей, Никита. Ты вернёшь мне долг? Предлагаю сделку, я оставляю тебе свои вещи, одежду, подушку, да всё, сверху кладу две серебряных монеты, а ты расторгаешь договор.

– Нет, – он мотнул головой. – В доме нужна хозяйка, а детям нянька.

– Да что ты заладил: нянька, нянька. Подай объявление, найдётся и нянька, и хозяйка, ты мужчина видный, красивый, сильный и молодой.

– Не найдётся. Никто не захочет жить в доме заключённого.

– Чего? Какого заключённого? – сделала два шага назад и осмотрелась. – Разве они живут на воле и с детьми? Ничего не понимаю.

Он поднял руки вверх и закрыл глаза, на запястьях медленно проступали широкие, чёрные, опоясавшие полосы. Никита встал, задрал рубаху, по идеальным кубикам живота проходила широкая чёрная полоса, словно он надел ремень на голую кожу.

– Такие же на ногах, – опуская рубаху, прошипел он, морщась словно от боли.

– И что это значит? – удивлённо посмотрела на него, а он в ответ посмотрел так, будто это я над ним издеваюсь. – Точно, блокираторы магии, – вспомнила женский трёп на дороге. – За что?

– Не твоё дело, – отрезал он. Вот и поговорили. – За работу платить буду едой, свадьбу сыграем осенью.

– Чего? – подавилась воздухом от такого заявления. – Я не согласна выходить за тебя замуж! – меня трясло от злости и обиды.

– Куда ты денешься. Если что со мной случится в шахте, станешь детям опорой, – произнёс Никита и вышел на улицу.

Ничего не прояснил, только наорал и куда-то утопал! Наглец, денег нет. Ему, чем на этой шахте платят?

– Почему он живёт в деревне, откуда эти блокираторы, за что его так наказали? – шептала себе под нос, поняв лишь одно, он боится погибнуть в шахте и ему нужно в случае чего пристроить детей. Но я-то тут при чём? Хотелось выть.