Непокорная невеста

Джулиана коснулась его щеки прохладными пальцами и в отчаянии спросила:

— Что, шея болит? Или руки? А может быть, у тебя что-то повреждено внутри?

Ее медные волосы, словно языки пламени, развевались вокруг бледного лица. В глазах читалась такая тревога и любовь, что Раймонд чуть было не усомнился.

— Что ты имеешь в виду?

— Может быть, сэр Джозеф и его люди нанесли тебе какую-то рану?

Раймонд тряхнул головой: конечно, она о нем заботится — ведь у нее сейчас каждый меч на счету.

— Нет, сэр Джозеф меня не ранил.

— Почему же у тебя такое выражение лица?

Ее руки гладили его по лицу, и это было очень приятно, хотя больше всего Раймонд хотел в этот момент ускакать куда-нибудь прочь.

— Кандалы — это ерунда, — хрипло произнес он. — Кейр их потом снимет.

Кейр, должно быть, отлично понимал, что происходит в душе его друга.

— Я так и не смог вытащить секиру из дуба, — сказал он. — Да и теперь от нее все равно не было бы никакого проку — лезвие безнадежно испорчено.

— Не нужно торопиться, — сказала Джулиана. — Если кандалы не причиняют тебе боль, то с ними можно и подождать."

"Раймонд подивился ее благородству. Вот что значит настоящая леди. Даже теперь она ведет себя с ним так, словно он ни в чем не виноват. Он был готов пожертвовать всем на свете, только бы Джулиана оставалась с ним. Вслух же Раймонд сказал:

— Нет, с кандалами сражаться я не смогу.

— Это верно, — согласилась Дагна. — Вон там крестьянская лачуга. Наверняка и топор найдется.

Раймонд свернул с дороги и постучал в дверь. Высунулся дрожащий серф, принес топор и обрубок дерева. Раймонд опустился на колени, положил на чурбак цепь и сказал Кейру:

— Руби поближе к шее.

— Только осторожнее! — воскликнула Джулиана.

— Чем ближе, тем лучше, — повторил Раймонд и закрыл глаза.

Топор просвистел в воздухе, цепь хрустнула.

— Ну как? — спросил Раймонд, помотав головой.

— Ближе не получилось бы, — ответил Кейр и протянул поврежденный топор, а заодно и несколько монет крестьянину.

— Во всяком случае, второй попытки я делать не намерен.

Раймонд пощупал обрубок цепи, все еще болтавшийся на ошейнике, и засунул его под кольчугу, чтобы это постыдное украшение не позорило его перед Джулианой. Потом он протянул левую руку, с которой тоже свисала цепь, и сказал:

— Эту цепь тоже долой.

— Нет! — вскричала Джулиана.

— Нет, — повторил Кейр.

— А как же иначе? Я ведь не смогу как следует за меч взяться.

Кейр упрямо спрятал руки за спину:

— Ничего, как-нибудь справишься. Ты боец опытный. А вот если останешься без руки, тогда уж точно не сможешь драться.

И Кейр с решительным видом направился к своему коню.

Раймонд мрачно покачал обрывком цепи, а Джулиана жизнерадостно сказала:

— Пусть эти оковы напоминают тебе об оковах супружества.