Непокорная

Крис вздрагивает, похоже я ее напугал, и затем резко оборачивается.

— Проснулся, наконец, — ее тон не предвещал ничего хорошего. — Может объяснишь, какого хрена, ты вчера творил? Я просто охерела, когда тебя увидела. Ты был весь в крови.

— Не кричи, башка трещит, — морщусь и хватаюсь за виски.

— И поделом тебе, — продолжала она, но уже чуть тише. — А теперь рассказывай, что это вчера было?

Если бы я только сам знал. Вчера из моей груди вырвали сердце и вытрясли всю душу. Любимая девочка меня прогнала, и больше не хочет видеть. А я, конченый дебил, теперь не знаю, как ее вернуть.

— Я влюбился, — только и смог произнести.

Но и этого признания хватило, чтобы моя систер потеряла дар речи. А я минут пять наслаждался тишиной, что было просто раем для моей трещавшей башки.

Ну, а дальше, не знаю, как у нее это получилось, но Крис постепенно вытянула из меня всю правду. Я рассказал ей абсолютно все, начиная с самого первого момента, в который я решил поспорить на мою Кареглазку, и заканчивая тем, что вчера моя девочка меня прогнала.

— Ты, конечно, мудак, братец.

Ничего другого я и не ожидал. Да, и потом, сам это прекрасно знаю.

— Но непоправимых ситуаций нет. Дай ей время, она успокоится и обязательно тебя выслушает. Ну, а тебе придется запастись терпением, потому что времени потребуется много. А теперь ешь, пока я думаю, чем тебе помочь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Поставив передо мной тарелку с подгоревший яичницей, она мило улыбнулась.

Да уж, моя сестра никогда не блистала в искусстве кулинарии.

Я не видела его целый месяц. Долгих тридцать дней. Первые дни, после нашего разговора, была не в силах просто выйти из комнаты. Пряталась там от всего мира, и в первую очередь от него. Казалось, что если сделаю хоть шаг, он тут же появится передо мной и в очередной раз сделает мне больно.

Не приходил. Не звонил. Не интересовался.

Он исчез, словно его никогда и не было в моей жизни. И если бы не режущая боль в области сердца, что с каждым днём становилась все сильнее, можно было подумать, что все это мне просто приснилось.

И не было никакого спора. Не было мужчины, что сводил меня с ума одной лишь своей улыбкой. Раздражал, стоило лишь ему открыть свой рот и сказать очередную пошлость. Целовал так, что все вокруг теряло значение. Был лишь он и его крепкие объятия, что обещали никогда не отпускать.

Поплакав несколько дней, начала злиться. На него, потому что в очередной раз мне солгал. Сказал, что любит, клялся, что все исправит, а потом исчез. Забыл про меня. Выбросил из головы, и из своей жизни, как ненужную вещь.

Злилась на себя, потому что, как дура, ждала его. Ненавидела, но ждала.