Неподобающая Мара Дайер

Когда Ной отодвинулся, я задохнулась от этой потери, но он просунул руку мне под спину и приподнял меня. Мы сидели, а его голова наклонялась все больше, и наши рты соприкоснулись, и я толкнула его вниз и задержалась сверху, прежде чем обрушиться на него.

Это было восхитительно и длилось вечность. Я улыбнулась, прижимаясь к губам Ноя, и пробежала пальцами по его волосам, и отодвинулась, чтобы прочитать его мысли в его глазах, но они были закрыты. Ресницы Ноя покоились на его твердой щеке. Я приподнялась повыше, чтобы лучше его видеть. Губы его были голубыми.

В тишине голос мой прозвучал резко.

Но он не был Ноем. Он был Джудом. И Клэр. И Рэчел, и мертвецом, и я всех их видела, парад трупов подо мной, бледность и кровь в сумасшедшей пыли. Память рассекла мой разум, как коса, оставив за собой четкую непрощающую ясность.

Захлопнулось двенадцать железных дверей.

И перед чернотой — ужас. Но не мой.

Только что он так сильно вжимал меня в стену, что я думала, я растворюсь в ней. А в следующую секунду он сам оказался в ловушке, в палате, вместе со мной. Но я больше не была жертвой.

Я рассмеялась над ним в своей безумной ярости, которая затрясла фундамент психушки и обрушила его. Пока Джуд, Клэр и Рэчел находились внутри.

Я убила их, и остальных тоже. Мучителя Мэйбл. Моралес.

Осознание этого ударило меня и вернуло в спальню Ноя, где подо мной лежало его неподвижное тело. Я прокричала его имя, но ответа не было, и я всерьез психанула. Я затрясла его, я ущипнула его, я попыталась втиснуться в его руки, но они не дали мне убежища. Я нырнула к изголовью кровати и, в ярости и в ужасе, одной рукой нашарила его мобильник. Дотянувшись, начала набирать 911. В то же время тыльной стороной второй руки я ударила его по щеке — рука моя соприкоснулась с его кожей и костью с неистовой болью.

Ной очнулся, резко втянув в себя воздух. Моя рука дьявольски болела.

— Неслыханно, — выдохнул Ной, потянувшись к своему лицу.

Его прекрасный вкус уже исчезал с моего языка.

Я открыла рот для ответа, но не смогла набрать в грудь достаточно воздуха.

Ной выглядел далеким, лицо его слегка расплывалось у меня перед глазами.

— Еще никогда в жизни мне не снился такой хороший сон. Никогда.

— Ты не дышал, — сказала я.

Я едва могла выговаривать слова.

Ной посмотрел мимо меня, в никуда. Взгляд его был расфокусирован, зрачки расширились. Из-за темноты или из-за чего-то другого, я не знала.

Я прижала дрожащие руки к лицу Ноя, осторожно балансируя, чтобы не навалиться на него.

Я выговорила эти слова срывающимся голосом.

— Чушь, — сказал Ной, и на губах его появилась улыбка, как будто его это развлекло.

— У тебя посинели губы.

Как посинели губы Рэчел после того, как она задохнулась. После того, как я убила ее.

Ной приподнял брови.

Я не смотрела на Ноя. Не могла.