Неподходящие люди

Лариса хорошо делает свою работу, качественно, я бы даже сказала — идеально. Она много лет в салоне значилась лучшим мастером, а сейчас в декрете сидит и, как призналась однажды, на дому зарабатывает значительно больше.

- Тебе свой салон давно пора открыть.

- Открою когда-нибудь, всему свое время. Ну что, бикини тебе в порядок привели, ногти в идеале. Теперь волосы?

- Мне только корни подкрасить и затонировать длину. В принципе, и сама могла бы.

- Не переживай, это подарок фирмы. Будешь в свой особенный день словно елочка сиять. Смотри только, не перестарайся и не испугай своего. Он, спорю, в твои ноги бросится, даже если неумытая и нечесаная приедешь.

- Перестань, - отмахиваюсь. - Я ничего особенного не делаю, просто в порядок себя привожу. Представь, сколько лет мы не виделись.

- А кстати, сколько?

- С последнего суда два с половиной прошло… И то - там на расстоянии ж сидели, ни дотронуться, ни словом переброситься. Это очень много. Я видела его по скайпу несколько раз, но он либо ночью звонил, когда я спросонья то еще чучело, либо связь была кошмарной, одни квадратики.

- А чего погрустнела?

- Подозреваю я, Лорик, что он меня ту запомнил из зала суда, замученную. Я ж от ужаса и стресса на себя похожа не была. Затравленная, безумная от нервного напряжения. Стра-а-ашная. Вероятно, поэтому он ни разу не захотел, чтобы я к нему приехала.

- Вот смотрю я на тебя, девка как девка, умная, а как что выдаст — хоть стой, хоть падай. Я с мужем по поводу вас советовалась, - продолжает намного тише и серьезнее, я тут же напрягаюсь, ловя каждое слово. - Он, не колеблясь, ответил: боится твой парень, что ты в нем разочаруешься. И бросишь жалкого и никчемного. Ему там по-разному было - и страшно, и плохо. Это он маме может позвонить-поплакаться по любому поводу, она его видела самым разным, когда еще в пеленках только орать и умел, а тебе-то - нет. Перед тобой надо марку держать.

- Не нужна мне его марка. Он мне сам нужен, такой, какой есть. Каким бы ни был, - говорю, пока Лариса разводит краску и ловко нарезает фольгу. - Я ему сто раз писала: только скажи, что ждешь, и я тут же примчусь. Он категорично - «нет». Ни мать, ни меня видеть не захотел, только Андрей Петрович к нему и ездил. А самой припереться… не рискнула. От него и так ничего не зависит. Я теперь хочу, чтобы он сам все-все решения принимал. Особенно в отношении меня. Мне кажется, ему это важно будет.

- А мне вот почему-то кажется, что не только ему. Любовь, преданность, энтузиазм… этого в тебе навалом, но даже таким ослепленным чувствами фанатичкам, как ты, время от времени признание требуется, не важно - в профессиональном или личном плане. Не все ж тебе за ним гуськом семенить, пусть тоже потрудится шажок навстречу сделать. Верно?

Лариса начинает наносить краску на волосы.