Неподходящие люди

Не потрахаешься от души, когда ребенок в паре метров.

Ребенок…

Говорю девушке на ухо, шепотом:

- Люся, Люсенька?

- Да, да, Ваня, - воркует. - Смелее, я ждала этого. Хотела больше всего на свете. Моя девственность — твоя."

"- А ты знаешь, моя хорошая, что я за твою сестру срок отмотал, а потом дважды убил, и в третий смогу запросто, - говорю так же ласково. Лгу, конечно, но хочется, чтобы своим рассказала. Чтобы боялись, слух пустили. Она напрягается, я сжимаю ее крепко за талию и резко отстраняю от себя. Она ахает от неожиданности, смотрит на меня. - Я за нее любому башку откручу. Ты уверена, что хочешь продолжать этот разговор? Ты попутала что-то, девочка? - это я уже кричу. Швыряю ее на кровать. - Писять и спать, девственница, бл**ь, - рявкаю. - И чтобы на глаза мне не попадалась. Лучше никогда, но хотя бы несколько дней. Как можно быть настолько неблагородной, у меня в голове не укладывается.

Разворачиваюсь и ухожу из комнаты, хлопнув дверью. Слышу, как громко Люся начинает рыдать, заикаясь и захлебываясь воздухом. Мне самому паршиво до не возможности. «Один» жив, все еще жив один из мудаков, который бил Юльку, чей папаша устроил нам гребаный ад, поэтому и наше прошлое живое, дышащее, преследующее. Не отстает. Не дает покоя. Разжигает мгновенно ненависть. Как смириться? Как отпустить от себя? Больше восьми лет прошло, а конца нет этому. Попытаешься забыть — так напомнят.

Юлька, ну почему ты уехала? У меня ж крыша едет, когда тебя нет рядом, мою злость гасить нужно. Ты одна умеешь меня гасить.

Люсина истерика не то чтобы изменила что-то резко, но все же вывела из равновесия. В назначенный день я встречаю Юлю в шесть утра на вокзале и вместо того, чтобы везти домой, останавливаю машину на стоянке железнодорожного вокзала, глушу двигатель. Поворачиваюсь к ней.

- Что такое? - спрашивает Юля, оглядываясь по сторонам. Она разматывает шарф и снимает шапку, выглядит сонной и немного уставшей. А у меня такое чувство, что будто не моя. За последние полгода мы сильно отдалились друг от друга, сами того не заметив. Общаемся вроде бы как раньше, но что-то не так. Юля, ты серьезно не замечаешь? - Почему стоим? Кого ждем? - она пытается шутить.

- Надо поговорить.

- Прямо сейчас? Давай дома. Я приму душ, ужасно после поезда хочется помыться, выпью кофе. В соседнем купе мужчина так храпел, что…

- Юля, не зли меня сейчас, мне мало надо.

Она замолкает на полуслове, напрягается. Голос становится жестче:

- Ваня, что такое? - ощетинилась.

- Скажи мне честно, Юль. Глядя в глаза. Почему у нас нет детей?

Может, это моя бурная фантазия, а может, и правда… но Юля бледнеет и на мгновение поджимает губы. Затем берет себя в руки:

- Время значит, еще не пришло.

- Мы не предохраняемся с июля.

- До двух лет норма… - лепечет.

- Просто скажи мне честно, в чем дело.