Непобедимая и легендарная

Неожиданно удалось договориться с немцами о том, что «Пролетарий» должен будет доставить своих пассажиров в Копенгаген. Там они под конвоем местных полицейских и немецких солдат сядут в опломбированный поезд, который через сутки выгрузит их на территории Швейцарии. Так сказать, поездка дорогой Ильича, но только в обратном направлении.

А уже из Швейцарии можно будет со временем попасть в любую страну мира, было бы у тебя только достаточное количество денег. А то, что у большинства из депортируемых денег при себе не было совсем, советское правительство волновало не больше, чем проблемы аборигенов острова Пасхи. Как-нибудь договорятся.

Кстати, Мережковский и Гиппиус, узнав, что их высылают в Швейцарию, откровенно повеселели и начали поздравлять друг друга со спасением. Из Швейцарии было не так далеко до Парижа, где у них имелась квартира. Были связи и знакомства, позволяющие перехватить денег на первое время. Можно было заработать, издав что-нибудь из своих романов. Была возможность связаться с теми, кто послал Савинкова в Россию, и передать им весть о его аресте в надежде, что эти люди не оставят «настоящих русских интеллигентов» своими милостями. Ведь они делают одно дело – борются с международным большевизмом.

Единственно, что не учла поэтическая парочка, три недели находившаяся в полной информационной изоляции, – это то, что Париж стал полем боя, затмив знаменитый Верден. А их дом на Авеню дю Клонель Боннэ представляет собой груду битого кирпича. Он находился на линии соприкосновения сражающихся друг с другом войск, а его удобные подвалы стали переходящим призом для непрерывно атакующих и контратакующих марокканцев в красных фесках и суровых германских гренадер.

– Разрешите, Томосабуро-сама, – капитан 1-го ранга Номура вошел в кабинет министра и отвесил почтительный поклон. – Как вы мне и приказали, я подготовил для вас справку о положении дел в Североамериканских Соединенных Штатах, где я до недавнего времени был военно-морским атташе.

57-летний адмирал Като посмотрел на стоявшего перед ним офицера и легким кивком подбородка предложил ему присесть за стоявший в кабинете небольшой, плетенный из бамбука столик.

– Китисабуро-сан, – сказал министр, – я знаю вас как умного и хорошо знающего европейцев дипломата и разведчика. Подготовленную вами справку я прочитаю чуть позже, а пока я хочу спросить ваше мнение – как долго еще могут продолжаться боевые действия в Европе?

– Благодарю вас, Томосабуро-сама за лестные слова в мой адрес, – капитан 1-го ранга Номура почтительно поклонился адмиралу. – Что же касается моего мнения по поводу боевых действий в Европе, то я предполагаю, что они могут затянуться надолго. Ни одна из противоборствующих сторон не сможет победить другую.