(Не)пара

Не то чтобы я мечтала обсудить с ним эту тему с глазу на глаз… Короче! Я просто запуталась.

Он выходит из машины, здоровается с Егором, а мы с Лиской как две идиотки стоим и делаем вид, что рассматриваем снег под ногами. Ну не дуры?"

"— Может, в корпус зайдём? Чего стоим тут?

— Видеть этого Колосова не хочу, — хмурится Лиска, но все же соглашается с предложением, и мы идём прямо навстречу вечно курящей у входа шайке хоккеистов. Мне кажется, у них тут лобное место. Как ни выйдешь — все в сборе.

Савельев что-то достает из рюкзака и парни тут же радостно орут, как будто он там пива притащил целый ящик на толпу.

Но…

Либо я слишком испорченная, либо о парнях думаю чересчур плохо. Поднимаюсь на ступеньках и вижу, что капитан придурков этих самых придурков кормит… Кексами! Боже. Серьезно?!

— Сам испёк, Савельев?

Кто-нибудь, закройте мне рот, пожалуйста, мой язык доведет до котла с чертями, правда. Лиска рядом фыркает на меня, и я понимаю за что. Мы договаривались свалить побыстрее, я сама разговор завожу. Зачем, почему? Что мною движет?

— Почти, — он усмехается и протягивает пару штук нам, — ешьте, может, подрастёте чуток.

— А тебе мой рост все покоя не даёт, да? — краем глаза гляжу на Лиску, которая смотрит в упор на Егора, в то время как он с трудом куда угодно, но не на неё. Мне так радостно от этого, я с ума схожу?

— Мне не даёт, — скалится Антон, и сердце в груди как-то боязно подпрыгивает.

Егор, видимо, желая разрядить обстановку и не дать Антону меня задеть — мировой мужик, я же говорила, — уводит разговор в другое русло, спасая ситуацию, но почему-то не радуя…

— Савыч, Ксюхе спасибо от всей команды передай, кексы бомба, она тоже супер.

— Утром мне вручила, всю ночь пекла, и правда супер же.

— Приятного аппетита, мальчики, — говорю быстро и утаскиваю Лиску за собой в универ. Не хочу кексы. Ничего не хочу.

Ксюха супер.

Какая-то супер-Ксюха, которая печёт суперкексы. И, судя по всему, либо живёт с Артёмом, либо остаётся у него ночевать.

Не знаю, почему меня это так выбесило, но как-то дурно стало. У него там, значит, чуть ли не жена уже, а он мне лекарства оплачивает? Ладно лекарства, а переписки? Это что, на стороне все делает? Нехорошо по отношению к этой супер-Ксюхе как-то получается. Не хочу потом нарваться на гнев обиженной женщины, да и вообще быть кем-то, с кем можно переписываться так втайне от любимой девушки.

— Лиз, ты чего? — Лиска спрашивает, когда мы стаскиваем с себя верхнюю одежду в раздевалке. — Ты как паровоз пыхтишь.

— Да Антон бесит, — вру, а почему подруге правду не скажу — не знаю. Хотя, почему не знаю? Она же сейчас начнет говорить что я ревную и что мне Савельев нравится. Нет, спасибо, такого счастья мне не надо. — Хорошо, что ему договорить не дали, чувствую, гадости сказал бы.