(Не)пара

Но радость за будущую парочку длится недолго, потому что Антон все ещё меня обнимает, а толпа парней всё ещё молчит и явно ждёт моего ответа на заданный ранее вопрос. Чё-е-ерт. Приятно познакомиться, я Лиза, человек-неуклюжесть и мастер попадать в неловкие ситуации.

— Так Тоша у тебя по четвергам? — разряжает тишину Савельев, явно намекая на нашу короткую переписку.

— По пятницам. Сегодня просто четвертый не явился, пришлось заменять, — и да. Я говорю это, будучи прижатой спиной к груди Антона. На самом деле нифига неудобно. Шарф сбился и почти полностью закрыл моё лицо, а быть прижатой к кому-то в пуховике это просто минус лёгкие: дышать невозможно.

— Не понял, — звучит на ухо, и я закатываю глаза. Ну Господи. Когда я там думала, что он самый нормальный из них? Я ошиблась. Отдайте звание Колосову. — О чем он?

— Да забей, в личке общались…

— Не хочу, чтобы моя девушка в личке общалась с кем-то, кроме меня, — говорит смертник, и я взрываюсь.

Слышу, как хмыкает Алиса, понимая, что просто так это я не оставлю. Замечаю, как хохочет один из парней, и поворачиваюсь в крепких руках, сумев разорвать это кольцо и наконец освободиться.

— Во-первых, какого хрена какие-то запреты? Во-вторых, я не твоя девушка, спустись на землю. То, что я утром тебя поцеловала, ничего не значит. Подруге проспорила, вот и поцеловала. Так что свой гонор можешь убрать от меня вместе с руками, усёк?

Он-то, может, и усёк, но в глазах появилась такая злость, что стало даже страшно. Парень явно не оценил, что какая-то полторашка его осадила при толпе парней, да ещё и выдала, что поцеловала исключительно на спор. Блин. Порой все же стоит контролировать свою речь."

"— На спор? — рычит он, и я без шуток чувствую страх. Докатилась.

— На спор, да, на старый добрый спор. Так что замашки собственника прибереги для какой-нибудь тупой овцы, а не для меня, ясно?

Хочу быстро уйти и покончить с этим, но Антон так явно не думает. Он хватает меня за руку, возвращая на место, и я тут же вскрикиваю от неожиданной боли. Сука. Рука.

— Отпусти! — почти верещу, больно до ужаса, но он сжимает как будто специально, хотя почему как будто… Видит же бинт, да и помнит наверняка, что с рукой у меня: он единственный тогда помощь предложил. Вот тебе и помощь. — Да пусти же ты, больно!

Вижу, как Лиска дёргается в нашу сторону — хотя уже успела отойти на несколько метров вправо, — чтобы помочь мне. Болит жутко, даже слёзы под веками грозятся сорваться на щёки. Если он доломает мне руку, я его ногами до смерти забью, честное слово.

Пытаюсь вырваться, но вдруг хватка ослабевает и становится значительно легче. Я от боли зажмурилась и ничего не видела, а тут открыла глаза и обомлела. Мне помог Артём. Оттолкнул Антона и перехватил мою руку, осторожно придерживая запястье.