Неожиданный наследник 2 (СИ)

— На это дело я пущу контрибуцию, которую заплатят османы. В этот раз они выложат мне всё до копейки. Ещё есть казна крымского хана и имущество богатейших торгашей, особенно работорговцев. Это я отдельно обсужу с генерал-аншефом Румянцевым, который не только возглавит русские войска в предстоящей кампании, но и должен обеспечить захват денег. Понятно, что придётся создать особый отряд ревизоров, дабы полученное добро не прилипло к рукам излишне вороватых офицеров и чиновников. Мы ещё неоднократно обсудим все детали, но пока я не принял окончательного решения. Мне нужно посоветоваться со знающими людьми.

Вижу, что экспедитор не согласен и размышляет над моим грандиозным прожектом. Впрочем, изначальный прожект ещё претерпит изменения. Вдруг в Крыму есть и полезное население, которое глупо терять.

— Но это ещё не всё, — отвлекаю Степана Ивановича от нелёгких дум, — Нам придётся что-то делать с казаками и подобной публикой, которой я не доверяю. После начала войны мы отправим все реестровые полки, сечевиков и прочих разбойников воевать с османами. После победы, оставшихся в живых казаков ждёт переселение на Тамань и Кубань. Это не моё предложение, а задумка Теплова, который разработал её, будучи главой канцелярии Гетманства. Мне кажется, что подобная затея принесёт России только пользу. Правда далее мы столкнёмся с весьма сильным противодействием черкесов и иных магометанских народов Кавказа, но это случится лет через десять. Их я тоже щадить не собираюсь, но сначала предложу договориться. Пусть принимаю присягу, а лучше переходят в христианство, или переселяются в Порту. После падения Крыма исчезнет сила, мешавшая черкесам развернуться. И нам придётся их как-то усмирять. Это сильный и воинственный народ, который не сможет быть добрым соседом. Они привыкли жить с набегов и работорговли, что недопустимо. Будем ещё думать об этом, когда привлечём знающих людей. Но сейчас я не вижу иного выхода. Империя должна расти и уничтожать своих врагов. Другого пути у России нет. Понятно, что надо попытаться договориться. Только я сомневаюсь, что такую сложную задачу можно решить только дипломатическим путём.

— Я нахожусь в недоумении. Это излишне грандиозный и жестокий прожект. Подобного не было в истории Руси, даже после завоевания Казани и Астрахани Иваном Грозным, — произнёс главный экспедитор, — Но сейчас иные времена, и даже в самых жестоких магометанских сатрапиях предпочитают договариваться. И при чём здесь я?

Хороший вопрос. Думаю, экспедитор всё понял, но решил немного поторговаться. Касаемо иных времён, пусть это расскажут христианам османской империи или дикарям Америки. Но мне нет до них никакого дела.

— После победы в войне над Портой, Россия захватит огромные земли.