Неожиданные повороты, или Какая уж тут любовь

Для человека непосвящённого, это были квадратики, стрелочки, над стрелочками цифры. Рисовал он это всё молча, время от времени поднимал взгляд на Макса, тот согласно кивал. Закончив, подвинул салфетку к Максу – ну как то так. Вопросы есть?

Тот, увидев это, наконец расслабился и рассмеялся:

– Я уж думал ты засланный казачок!

– Это кем же, интересно?

– Ладно, проехали. Но, сам понимаешь, мне твоё предложение обсудить надо.

– Обсуждайте. Но, надеюсь, и ты понимаешь, что времени в обрез. Вы тут уже и так все сроки профукали. Чем раньше я начну строить, тем меньше внимания мы к себе привлечём. И так уже я тут у вас почти неделю. Устроили мне тут кошки-мышки.

Валерий вытащил свою визитку, положил на стол.

– Жду завтра к вечеру звонка. Я готов к обсуждению цифр. Это я забираю, уж извини! – и забрав салфетку, направился к выходу.

Валерий вернулся в гостиницу и застал Ксению не как обычно, в их с Лизой комнате, а в общей гостиной. Увидев входящего в номер отца, она вскочила ему на встречу и вдруг обняла.

– Ксю, что случилось? – таких нежностей за ней не водилось.

В ответ девушка только сильней прижалась к отцу и расплакалась.

– Да что случилось то?

– Лера, – всхлип – Лера…

– Что Лера, что?

– Она в боооольнииице, – протянула Ксения сквозь рыдания.

– Что? Почему? Что с ней? – Валерий дотянулся до бутылки с водой и протянул дочери. Та начала судорожно пить. Оторвавшись, наконец от бутылки, выдала информацию:

– Мне Вова только что позвонил, а им, точнее, его бабушке, позвонил следователь. В Леру стреляли в парке. Её сейчас оперируют.

– Так, спокойно, дочь! Раз оперируют, значит, борются за ее жизнь.

В этот момент у Валерия зазвонил телефон, тот, смешной, без выхода во всемирную паутину, который ему выдали в конторе. Это было неожиданно.

– Слушаю!

– Это Вадим. Мы знаем, что в Леру стреляли. Не похоже, точнее я почти уверен, что это не Макс организовал, так что ты не пори горячку! И да, оборудование сними, – и положил трубку.

Дочь смотрела на него во все глаза. Она слышала весь разговор, потому что стояла рядом.

– Пап? Не хочешь ничего объяснить? Это из-за тебя, что ли. в Леру стреляли? – в голосе дочери послышались истеричные нотки. Вот этого сейчас совсем не надо. Чёрт! Вот сейчас увидит, что у него под рубашкой на теле, и совсем сорвётся!"

"– Ксень, погоди. Я быстро! – и рванул в туалет. Как мог быстро отодрал от себя аппаратуру. Местами с нагрудной шерстью, закусив губу от неожиданности, буркнул – да как же вы депиляцию то делаете?

Ксения смотрела на отца с подозрением. Рванул в туалет. Недержание, что ли? Так вроде ещё не настолько стар. А вышел, застёгивая рубашку на груди.

– Дочь, иди сюда, присядь. Надо поговорить. Пока ты там сама себе не придумала ерунды, я расскажу.