Неоконченный портрет

 — Ради бога, к чему слезы, когда мы обо всем договорились?

Вскинув голову, она посмотрела на него сквозь блестевшие на ресницах слезы.

— Обо всем договорились?! Хотелось бы мне знать, о чем мы, черт возьми, договорились! Да, тебе хорошо, ты пожелал — и добился своего. — Она не заметила его протестующего жеста. — Ну что ж, молодец! Поздравь себя и убирайся ко всем чертям! Я люблю тебя, пропади ты пропадом! И мы не договаривались, что я буду несчастна!

Лоренс сел и в удивлении воззрился на нее.

— Ну конечно, ты меня любишь. И это делает тебя несчастной?"

"Она вскочила на ноги и принялась подбирать свою разбросанную по берегу одежду. Конь пошел за ней и уткнулся мокрой мордой в голую спину. Она резко обернулась и оттолкнула голову коня.

— Отойди! Я не хочу играть!

Она просунула одну ногу в джинсы, но от волнения никак не могла надеть вторую брючину и принялась прыгать на одной ноге, безуспешно пытаясь попасть другой в джинсы. Увидев, что Лоренс трясется от беззвучного смеха, она опять села на землю, лицо ее задрожало от подступивших рыданий.

— Радость моя, не хватит ли клоунады? А то я никак не могу сделать тебе предложение. — Смех угас в его глазах, он потянул ее к себе и крепко обнял. — Эшли, ты сошла с ума оттого, что призналась мне первая? И плачешь оттого, что сошла с ума? — С добродушным смешком он продолжил: — Весьма вероятно, что через несколько лет совместной жизни мы оба рехнемся, но я бы попробовал, если ты не против.

— Ты смеешься. — Она всхлипнула и недоверчиво посмотрела на него. Потом с растущей надеждой спросила: — Ты не смеешься? Ты серьезно… насчет предложения… и совместной жизни? — Она всхлипнула и рассеянно пошарила по голому бедру в поисках платка.

Лоренс достал платок из кармана своей валяющейся рубашки и подал ей.

— Если ты любишь меня, то скажи, скажи мне это, ради всего святого!

— А ты мне не скажешь, что ты думала о моих намерениях все это время? Неужели ты полагаешь, что я столько времени гонялся бы за тобой, если б у меня не было серьезной цели? — Он тихонько тряхнул ее и снова нежно обнял. Любовь моя, соблазнителю плевать на то, что у его жертвы астигматизм, тем более на ее детские переживания, обиды и горести. Если бы я просто хотел уложить тебя в постель, до остального мне бы не было никакого дела — ведь правда?

С трудом сглотнув, она попыталась успокоиться. Но не смогла и поддалась искушению куснуть его в плечо.

— Далее, — пробасил он, — по-моему, у меня неплохое предложение. Признаться, я частенько мечтал о нашем счастье. Например, у меня была мечта любить тебя на берегах всех ручьев в радиусе пяти миль.

— Что ж, раз мы делимся своими мечтами, то и я, признаюсь, представляла себе то же самое на Бутыль-горе. Но только когда надену очки.