Неофит (СИ)

Половина предприятий развалилась, другая управляется не пойми кем. Да там одни проблемы, которые пришлось бы решать мне. Возможно, проживи я всю жизнь в этих реалиях, зубами был бы готов рвать за такую возможность, но моя юность прошла вне мира аристократов. Пока меня все устраивало, и мои планы самому строить свою жизнь и всего добиваться своими силами потихоньку воплощались. Так что я не видел смысла унывать.

— Уже ничего не поделать. Родовой амулет сделал свой выбор, — негромко ответил дед, так что я едва расслышал его слова.

Всю оставшуюся дорогу мы проехали в тишине. Я решил не делиться с дедом своими подозрениями насчет Олега Семеновича. Тем более, прикрыв глаза и прокручивая свои воспоминания, я все четче видел, что в момент, когда я практически наладил диалог с амулетом, именно мастер Геникона каким-то образом смог причинить ему боль, из-за чего меня и ударило магией. Зная деда, я был уверен — он наверняка полезет разбираться в этом деле. Это может создать кучу проблем — и ему, и, в дальнейшем, мне. Эта мысль меня рассмешила. Все-таки прав дед — в душе я совсем не дворянин. Мне проще забыть и умолчать, чем с дворянским гонором доказывать свою правду, не думая о последствиях, — ведь дворянская честь важней!

Утром занимался магией. Дед после истории с неудачной попыткой обучения достал учебник для уровня «средний ученик». Содержимое этого учебника — просто какой-то кошмар! Все написано сухим языком, перемежается кучей непонятных терминов, и вообще создается впечатление, что он написан так, чтобы точно запутать по максимуму. Но главное — там были схемы плетения магических заклинаний. Это мне и было нужно.

Осветительный шар вышел с третьей попытки. Шар для обогрева получился почти сразу. Вот с плетением щита на уровне груди и на расстоянии от тела возникли проблемы. Его необходимо делать двумя руками одновременно и при этом оставлять нити подпитки. В этот день я так и не смог его полностью освоить, но принцип понял. Думаю, в ближайшее время осилю.

Приехала Ефросинья и сообщила, что строительство сцены уже заканчивают, и надо ехать в банк — снимать деньги и расплачиваться. К тому же, уже поступили некоторые работы на конкурс граффити, надо посмотреть и встретиться, пообщаться. Оказалось, что людей, способных нарисовать картину, в Хадыженске всего три человека. Во всяком случае, именно столько придет к нам на встречу. Все нормальные умельцы стремятся свалить из нашей провинции в город покрупнее. Кто-то в Екатеринодар, кто-то в Москву или Киев, а большинство грезит Санкт-Петербургом — городом, где по-настоящему ценят творческую молодежь. Есть, конечно, возможность кинуть клич и в столице княжества, но тогда все это дело затянется.