Необузданные Желания

Или от чего-либо еще. Годзилла мог бы вломиться в дверь, и она, вероятно, спокойно велела бы ему отвалить, а потом сразу же вернулась бы к тому, чем занималась до его вторжения.

Заключает сделку с дьяволом ради душ всех, кто вызвал ее неудовольствие или что-то в этом роде.

— Малышка. Девочка, ты меня слышишь?

Я слышу, каким грубым и встревоженным звучит мой голос, но я слишком занят, сосредоточившись на ней, чтобы обращать на это внимание. Склонившись над ней на четвереньках, я убираю прядь темных волос с ее лица. Слоан ни на что не реагирует. Я легонько шлепаю ее по бледной щеке.

Ее глаза беспокойно двигаются под веками. Она издает едва слышный стон. Веки трепещут, затем ресницы поднимаются, и она смотрит на меня снизу вверх. Ее взгляд затуманен и расфокусирован.

— О, вау, — шепчет Слоан, судя по голосу, впечатленная. — Такие голубые. — Что-то в ее ошеломленном выражении лица вызывает тревожный звоночек в глубине моего сознания.

— С тобой все в порядке? Ты можешь сесть?"

"Слоан медленно моргает. Затем она улыбается и протягивает руку, чтобы коснуться моего лица. Она нежно проводит пальцами по щеке к подбородку, затем вздыхает от удовольствия. Она снова закрывает глаза, улыбаясь.

Что-то идет не так.

— Я собираюсь переложить тебя, девочка.

Я поднимаю ее, несу через комнату и укладываю на кровать, устраивая ее голову на подушке. Когда мои пальцы касаются ее затылка, она издает едва слышимый звук, указывающий на то, что ей дискомфортно.

Черт побери! На ее затылке большая шишка. Нахмурившись, я осторожно провожу кончиками пальцев по опухшему месту. Слоан вздрагивает, затем открывает глаза и пронзает меня холодным взглядом.

— Я в курсе, что неотразима, гангстер, но перестань ласкать меня. — Она замолкает. — Почему у тебя такой встревоженный вид?

— Ты упала в обморок.

Это заставляет ее смеяться.

— Умоляю тебя. Я бы никогда такого не сделала.

— Назови последнее, что ты помнишь?

Она снова делает паузу, чтобы подумать.

— Говорю тебе отсосать у меня. Фигурально выражаясь.

— Что-нибудь после этого? Нравится прикасаться к моему лицу?

Она морщит нос. Это почти очаровательно.

— Ты снова накачал меня наркотиками, чтобы заставить замолчать?

— Вопреки моему здравому смыслу, нет.

— Я бы ни за что не прикоснулась к твоему лицу, если бы не пыталась выцарапать тебе глазные яблоки.

Когда продолжаю молчать, ее глаза расширяются в тревоге.

— Нет.

— Ага. Погладила меня пальцами по щеке, как будто моя щека из меха норки, — чтобы посмотреть, как она с этим справится, я вставляю, — ты также говорила мне, какой я красивый.

Ее улыбка возвращается.

— Теперь я знаю, что ты лжешь.

Слоан не считает меня красивым? Это обижает. Конечно, меня не волнует ее мнение, просто женщины всегда говорят мне, какой я красивый.

Подождите-ка. Забыл.