Земля необходимых

Так что литр пива после работы наша дневная норма. Тем более нам еще ночью дежурить. Мичман было головой покачал, а потом сказал, что береженого Бог бережет. Так и сидели возле хижины, травя байки и анекдоты допоздна, благо был хороший такой вечер. Так как свою норму пива мы выпили быстро, то поставили чайник на небольшой двух комфорочной переносной плитке, которая оказалась в командировочном наборе. Правда, пришлось баллон с пропаном приволочь в хижину, но это намного лучше керосинки или примуса, как здесь в семейных хижинах.

Протекторат РА, остров Южный. 22 год, десятый месяц, 29. 02-00

На сей раз мое дежурство было третьим. Проснулся я сам по вибрированию будильника в мобильном телефоне. Зевая, кивнул Малику, и пошел в домик за хижиной. После чего хорошенько умылся, выгоняя из головы остатки сна. Кое-какая часть организма настойчиво напоминала о том, как плохо быть далеко от любимой жены, тем более что сон был весьма эротичного свойства. Так что, хорошенько подумав, я вылил на себя ведро холодной воды, и, отфыркиваясь и дрожа от утренней свежести, пошел вытираться и переодеваться.

На этот раз я взял в небольшой библиотеке острова «Живые и мертвые» Симонова, и уселся читать за столом под самодельным абажуром из алюминиевой фольги. Давненько я ее хочу прочитать.

Ночь была более ветреной, насекомых на сетке было маловато, ящерок вообще не было. Правда, это, наверное, из-за какой-то небольшой и явно хищной зверюшки, которая пару раз шмыгнула мимо двери. Птицы в болотистом лесу сегодня помалкивали, и только ветер шумел в поселке.

Потягиваясь на скамье, я поерзал на ней, устраивая поудобнее свою задницу на жесткой доске. Все-таки лишние десяток кило оружия и амуниции довольно серьезно на ней сказываются. Вдруг что-то свистнуло, и раздался сильный и резкий удар по потолочной балке, потом еще и еще. Издалека донеслась короткая пулеметная очередь. Полетели щепки вперемешку с обломками тростинок сверху, раздался треск, и тонкая балка, держащая тростниковую крышу, сломалась пополам, грохнувшись в столешницу и разбивая две керосиновые лампы. Слава Богу, я при всем этом рефлекторно шарахнулся на пол. По столешнице побежали веселые языки пламени, загорелась библиотечная книга, огонь перекинулся на тростник.

По поселку продолжали бить крупнокалиберные пулеметы. Судя по всему, несколько и с разных направлений. Им ответили кубинские Браунинги, которые были расположены возле поселка.

– Пожар! Подъем! Ложись!– Заорал я с пола, на карачках подбегая к своему рюкзаку. Автомат свисал у меня с плеча, волочась по полу и попадая то под руку, то под коленку. Я перебросил его на спину, но он сразу сполз мне на грудь.