Ненужные. Мама для отказников

– Даст бог, встречусь наконец с Алёшкой.”

Но когда я открыла глаза, реальность удивила! Мне на секунду показалось, что я в больнице, но ведь взрослых и детей кладут отдельно, а тут…

– Где я? - тихо спросила я у девочки, которая с улыбкой склонилась надо мной.

– Вы в приюте “Берег надежды”, леди.

Приют? Леди? Что происходит? Голова нещадно болела.

Я подняла руку, чтобы потрогать, нет ли раны на затылке, и удивлённо ахнула.

Таких тонких запястий я у себя не видела лет двадцать. И ногти аккуратные такие.

Не мои…

– Зеркало есть? - спросила я у девчушки, которая с какой-то непонятной радостью смотрела на меня.

– Я же говорил, - фыркнул рядом стоящий мальчик в замызганной куртке. – Леди, которые в первую очередь смотрят на себя, вряд ли будет помогать нам.

– Дорн! Ты не вежлив! - возмущённо ахнула девочка и тут же обратилась ко мне. – Сейчас принесу, леди.

– Вам нужна помощь? - зацепилась я за фразу, сказанную мальчиком.

Мальчик засопел и опустил глаза, но не ответил. Ладно, потом узнаю. Сейчас разобраться бы, где я и… Кто я вообще! Переселение души? Ошибка? Шизофрения? Что это?

Ущипнула себя и тут же охнула. Вроде как если причинить себе боль, то галлюцинации уйдут, но мальчик так же стоял рядом. Я кое-как села на кровати и осмотрелась. Судя по скосам крыши, мы на чердаке. Старом, пыльном чердаке. На соседней кровати кто-то лежит. Ребёнок?

– Как я сюда попала? - спросила я Дорна.

– Мы принесли. А нашли на улице, недалеко здесь, - буркнул мальчишка, явно не настроенный разговаривать.

Я хотела поблагодарить за ответ, но раздался сильный кашель. Такой, что кровь в жилах стыла.

Я с трудом поднялась и направилась к кровати. Откинув одеяло, увидела мальчишку лет пяти, который нещадно кашлял, даже не открыв глаза.

Пунцовые щёки, мокрый лоб… Да у него сильная лихорадка!

– Это Марк, - тихо сказал Дорн, подойдя ко мне. – Думаю, скоро умрёт.

– Что ты такое говоришь! - ужаснулась я. – Его надо лечить, а не хоронить!

– У нас денег нет, чтобы лекарю заплатить, - пожал плечами Дорн. – А просто так он лечить не хочет.

– Это бесчеловечно, - сердце сжалось от боли.

Малыш действительно плох и ему просто необходима помощь профессионала.

– А где кто-то из взрослых? Может можно что-то придумать? - принялась допытываться.

– Нет взрослых.

– Как нет? - ужаснулась я. – Совсем?

– Тётушка Риата померла зимой, а больше и нет никого. Мы здесь одни живём, - Дорн рассказывал неохотно, но всё же рассказывал.

– Вы втроём?

– Нет, нас больше. Райан и Олси рыбу удят на речке, малыш и Лиса внизу.

– Малыш? В смысле его так и зовут? - удивилась я.

– Нет, мы просто не придумали ему имя. Маленький совсем. Неделю назад нашли на крыльце, в корзине.

У меня едва волосы не зашевелились на голове от ужаса.