Дочь друга. Ненужные чувства (СИ)

— Евгений… — подаю голос со своего места, — кажется, вы забыли обо мне.

— Не забыл. Твоего претендента Роман Львович одобрил лично еще вчера.

— Но я никого не представляла.

— Не моя проблема.

Он отворачивается, давая понять, что не будет меня слушать дальше, и я вынужденно выхожу из кабинета, чтобы подняться на свое рабочее место. По расписанию у Орлова встреча с партнерами, так что поговорить сейчас не получится.

Шанс выпадает ближе к полудню, когда половина сотрудников разбредается кто куда, чтобы пообедать, а встречи прерываются на полчаса, потому что Орлову тоже нужна передышка и возможность пообедать тем, что я заказала из ресторана по его просьбе.

— Простите, можно? — вхожу в кабинет спустя пятнадцать минут, надеясь, что босс уже поел, но он, кажется, еще и не притрагивался к пакету, потому что тот стоит ровно там, где я его оставила.

— Заходи.

— Вы не поели, — замечаю.

— Да, забыл.

Тянется к пакету, достает контейнеры и раскладывает их на столе, прямо рядом с ноутбуком, от которого не отрывается ни на мгновение.

— Ты что-то хотела?

— Вот.

Кладу на край стола пакет с рубашкой.

— Я постирала.

— Могла не возвращать, — отмахивается так, будто грош цена этой рубашке, но я и представить не могу, сколько она на самом деле стоит. — Что-то еще хотела?

Орлов поднимает голову и смотрит на меня в упор. Пытливо, с интересом и чем-то еще неведомым, но из-за этого мне не хочется разговаривать. Хочется выйти из кабинета и никогда не возвращаться, но я пришла сюда не только вернуть рубашку.

— Поговорить. Евгений сказал, что кандидатуру для моего интервью утвердили.

Роман Львович ведет себя так, будто ему совершенно неинтересно сказанное. Распаковывает еду, достает привезенные пластиковые столовые приборы, накалывает на вилку кусочек мяса и отправляет его в рот.

— И?

Больше ничего? Плохо дело.

— Я не говорила, что буду брать интервью у Кирилла.

— Ты называешь его по имени, но интервью брать отказываешься?

— Он не даст.

Орлов скептически приподнимает одну бровь. Не верит.

— Если не возьмешь ты, найдется кто-то другой, Катя. Не думай, что тебе одной интересно дело Кирилла.

— Мне оно неинтересно.

— Правда?

Роман Львович усмехается. Пережевывает очередной кусок мяса и, направив вилку в мою сторону, произносит:

— Можешь выбрать кого угодно, Катя, — отмахивается вилкой. — Из тебя все равно не получится хорошего журналиста.

— Это почему?

— Потому что, Катя. Я не заставляю тебя брать у Саенко интервью насильно. Или обманом. Или как ты там себе придумала. Попробуй по-другому. Уверен, он не откажет.

— Я не буду!

— Хорошо. Выбирай любого. Женя утвердит. Что-то еще?

Он смотрит на меня так, будто я его разочаровала, но и соглашаться я не намерена.