Ненужные дети. Прошлое между нами (СИ)

Нафига кабинет ремонтировать?

Он крутит в руке телефон, будто звонка от кого-то ждёт, но все никак не дождется. С утра он ведёт себя странно. И в голову сразу приходят не очень приятные мысли. Но я их откидываю в сторону. Он же по-человечески сказал, что не общается с Машей. Лишь один раз и то, лицом к лицу. На этом все.

Посмотрев на Мишу прищуренным взглядом, пытаюсь понять, что его так волнует. Но на его лице ни одной эмоции нет. От него веет холодом и равнодушием. Давно я его таким не видел.

Включив комп, захожу в систему, откуда могу посмотреть, чем занята сейчас Маша в своем кабинете. Пульс моментально учащается, когда я вижу ее. Она говорит с кем-то по телефону и смотрит прямо на камеру. А ощущение, что на меня. Улыбается. Явно своему собеседнику. От этой улыбки такое тепло в груди разливается. Со свистом втягиваю воздух, слыша лишь стуки бешено колотящего сердца.

Я как школьник, которого волнует какая-то девчонка, но не нахожу в себе смелости подойти к ней и озвучить свои мысли вслух. Признаться в любви. Как бы хотелось сейчас вернуться в пятилетнюю давность и... Не совершать тех ошибок. Открыть глаза и внимательно оглянуться. Понять, кто враг, а кто друг. Жаль, что я тогда действительно был слеп.

Маша поднимается с кресла и, завершив разговор, прячет телефон в карман, забрав сумку, выходит из помещения. Не теряя ни минуты, я тоже выхожу, слыша за спиной голос Антона.

Моя девочка оглядывается часто. Я уверен, что она чувствует... Меня, мой взгляд. Что-то ее явно тревожит. А потом вижу, как к ней мужик какой-то подходит. Его я узнаю сразу. Буквально вчера разговаривали. Он несколько лет работает с Машей и, кажется, близко дружат.

Как бы не хотелось рядом с ней мужиков, кем бы они ни были.

Их диалог долго не тянется. Маша садится за руль, я же буквально бегу к своей машине. Занимаю место за рулём, и неожиданно открывается пассажирская дверь. Миша опускается на соседнее сиденье.

— Надеюсь, не выгонишь, — говорит он с усмешкой.

Жму на газ. Некогда спорить. Ибо не хочется Машу терять из поля зрения. Хотя я более чем уверен, что она едет за детьми.

— Когда с ней собираешься встретиться?

Вопрос действует на меня как удар под дых. Не знаю ответа. Конечно же, я бы прямо сейчас к ней подошёл и сказал бы, как сильно ее люблю. До сих пор. И никогда не переставал...

Сказал бы, как жалею. Что испытываю адскую боль от того, как я с ней поступил. В горле моментально ком появляется, когда вспоминаю глаза Маши, которыми она смотрела тогда на меня. Если бы я не был пьян... Если бы мог тогда адекватно контролировать не только свои эмоции, но и всю ситуации, то, возможно, так сильно не облажался бы.

Но какой толк от этих мыслей? Факт остаётся фактом: я Машу сломал. Унизил, растоптал ее чувства. Предал. Локти кусать поздно...