Ненужная жена. Хозяйка драконьей крепости

Его небрежность раздражает: как можно так спокойно говорить о смерти? Или это я всё остро воспринимаю?

— Я осиротел, доктор. Сегодня лишился самого ценного, что было. Моего родителя, — говорит Сиар с показной печалью. — Отравили…

— А чего это вы решили, лиорд, что отравили? — Доктор ставит на прикроватный столик свой саквояж, открывает его и начинает копаться. — Может, сам помер?

— Отравили, доктор, — повторяет Сиар, глядя на него с холодным прищуром. — И я надеюсь, вы это подтвердите.

Перенс фыркает, вытаскивая из саквояжа несколько пузырьков с жидкостью и странного вида металлический прибор, похожий на изогнутую трубу с кристаллом на конце.

— Знамо дело, лиорд, я человек не молодой, но сказок мне рассказывать не надо, — бормочет он, отвинчивая крышку одного из пузырьков. — Что-то у вас лицо больно спокойное для скорби. Или у вас так принято?

Я невольно стискиваю пальцы. Тон доктора, его безразличие и едкие замечания будто подталкивают Сиара к новой вспышке гнева. Но лиорд вместо этого садится в кресло с ленивой грацией.

— Доктор, ваше дело — осматривать, — холодно отвечает Сиар, закидывая ногу на ногу. — А не искать скрытые мотивы.

— Вы не нервничайте, лиорд. — Перенс кивает одному из дозорных. — Ну, давайте, покажите вашего «отравленного».

Дозорный молча подводит доктора к лежащему телу.

Перенс, словно нарочно, обращает внимание на то, чего я всеми силами пытаюсь избежать, сопровождая каждое своё движение равнодушными комментариями:

— Хм, синюшность вокруг губ… явный признак кислородного голодания. Видимо, смерть была не мгновенной.

Он прищуривается, проводя взглядом по лицу лиорда Эдриана.

— Щёки восковые, холодные… Вот так смерть и выглядит, как бы пафосно это ни звучало.

Перенс лениво указывает на скрюченные пальцы:

— Что-то удерживал. Или, наоборот, пытался оттолкнуть. Кто знает. Сопротивлялся, похоже. Или это судороги.

Он наклоняется ближе.

— А вот это… хм… Такие глаза обычно остаются, когда не ждут конца. Пустота. Никакого прощания.

Я отворачиваюсь, чувствуя, как к горлу подступает комок.

— Хм… А вот это интересно, — говорит Перенс, доставая тот самый металлический прибор и поднося его к груди умершего. Кристалл на конце вспыхивает тусклым жёлтым светом. — Это уж не просто так.

— И… Что вы видите? — не выдерживает Атертон.

— Магия, лиорд, — бурчит доктор, проводя прибором вдоль тела. — Но не своя, внешняя. Что-то ему в пищу или питьё подмешали. Похоже на быстродействующий яд, если не ошибаюсь.

— Значит, всё-таки отравили? — Сиар прищуривается, явно наслаждаясь собственным предположением.

— А кто ж его знает, — пожимает плечами Перенс. — Пока инструментов побольше не возьму, ничего не скажу. Может, что-то слабое вроде травы, а может, и настоящий яд.